Все еще толком не пришедший в чувство паренек на заплетающихся ногах доковылял до соседней комнаты, где валялся труп его напарника с неестественно вывернутой шеей.
— Он тоже мне врал. Повторяю вопрос только раз: как тебя зовут?
Сглотнув, тот оперся в дверном проеме о притолоку.
— Коул. Звать Коул Брайант.
— Вот так-то лучше! Откуда ты, Коул Брайант?
— Элитные войска Джакартского подразделения «Иммари Секьюрити».
— Нет, откуда ты родом?
— Чего? — Вопрос поверг молодого наемника в полнейшее недоумение.
— Где ты вырос?
— Колорадо. Форт-Коллинс.
Дэвид увидел, что в голове у Коула понемногу проясняется. Скоро он будет опасен. Нужно узнать, вписывается ли Коул Брайант в схему.
— У тебя там семья?
— Не-а, — попятился Коул на пару шагов.
Явная ложь. Очень многообещающе. Теперь Дэвиду нужно заставить его поверить.
— В Форт-Коллинсе устраивают «сласти или страсти»?
— Чего? — Коул бочком пробирался к двери.
— Стой где стоишь! — В голосе Дэвида прорезались жесткие нотки. — Ощущение в спине, этакая скованность. Чувствуешь?
Парнишка потрогал себя за поясницу, пытаясь подсунуть руку под бронежилет. На лицо его набежала оторопь.
Подойдя к дорожной сумке в углу комнаты, Дэвид откинул клапан, открыв взглядам несколько квадратных и прямоугольных брусков, напоминающих пластилин, завернутый в пищевую пленку.
— Знаешь, что это?
Коул кивнул.
— Я поместил полоску этой взрывчатки вдоль твоего позвоночника. Детонатор с беспроводным взрывателем. — Дэвид поднял левую руку, демонстрируя Коулу цилиндрик размером с две пальчиковые батарейки, составленные торцами. Наверху виднелась круглая красная кнопка, прижатая большим пальцем Дэвида. — Знаешь, что это?
Коул оцепенел.
— Детонатор смертника.
— Очень хорошо, Коул. Это
Коул едва заметно покачал головой из стороны в сторону.
— Правда? А я в детстве их обожал. Обожал их на Пасху. Мамуля даже готовила их для меня на Хэллоуин, когда я возвращался, обожравшись после «сластей или страстей». Прямо не мог дождаться, когда приду домой и сковырну скорлупу на макушечке. Крепкая размалеванная скорлупа, желтая жижа внутри… — Дэвид возвел очи горе, будто мысленно наслаждаясь вкусом, и снова бросил взгляд на парня. — Но ты же не хочешь стать яйцом всмятку, а, Коул?
Мартин вышел из лифта на вертолетную площадку. Солнце почти скрылось за побагровевшим горизонтом. Ветер на макушке восьмидесятиэтажного здания дул с моря, донося ароматы соленой воды. Впереди он увидел Дориана Слоуна, дожидающегося его вместе с троицей своих людей. Едва завидев Мартина, Дориан повернулся и дал знак пилоту вертолета инициировать процедуру взлета. Двигатель взревел, и лопасти винтов пришли в движение.
— Я же сказал, что она будет играть в молчанку, — изрек Слоун.
— Ей нужно время.
— Это не поможет.
— Я знаю ее куда лучше твоего… — Мартин принял горделивую осанку.
— А вот это спорно.
— Скажешь еще хоть слово — и горько пожалеешь, — осадил Мартин Слоуна, теперь крича почти во всю глотку, чтобы перекрыть рев вертолета. — Ей требуется время, Дориан. Она заговорит. Настоятельно убеждаю тебя не делать этого.
— Это ты породил данную ситуацию, Мартин. Я только подчищаю за тобой.
— У нас есть время.
— Нам обоим известно, что нет — ты же сам мне это сказал. А еще меня весьма позабавили и другие твои высказывания. Как я понимаю, ты ненавидишь меня за мои методы и планы.
— Я ненавижу тебя за то, что ты сделал с ней…
— Что не составляет и десятой доли того, что она причинила моей семье.
— Она не имеет ни малейшего отношения к этому…
— Позволь не согласиться, Мартин. И давай сосредоточимся на более насущных вещах.
Стиснув его руку, Дориан потащил его подальше от вертолета, где проще было говорить. И, подумал Мартин, где люди Слоуна их не услышат.
— Слушай, Мартин, предлагаю тебе сделку. Я отложу «Протокол Тоба» до поры, пока мы не узнаем, подействует ли это. Ты дашь нам поработать над девкой, и мы добудем нужное через час, от силы через два. Если вылетим в Антарктику сейчас, то к моменту посадки уже будем располагать сведениями. Мы могли бы испытать истинный ретровирус гена Атлантиды в течение восьми часов. И да, я знаю, что ты ищешь выход. — Мартин открыл было рот заговорить, но Дориан лишь отмахнулся: — Не трудись возражать, Мартин. У меня свой человек в команде. Не пройдет и суток, как ты да я сможем пройти через врата катакомб рука об руку. Никакого «Протокола Тобы». Это наш единственный свободный ход. И мы оба это знаем.
