Меня торкало. Размазывало по барной стойке каждый раз, когда кто-то ко мне подходил, когда легко касались плеча. Выворачивало жаждой наружу. Но я только нервным жестом отгонял от себя этих тщедушных андрогинов и продолжал ждать. У меня только одна попытка, поэтому на мелочи тратиться нельзя.
Я выбрал гей-клуб не просто так. Во-первых, тут, по определению, царит атмосфера некоторого равнодушия — всем по барабану, с кем ты пришел и с кем ушел. Уверен, они к такому давно привыкли. Во-вторых, мне нужен был мужчина — и чем сильнее, тем лучше. Поэтому я и не отвлекался на мальчишек, которые то и дело подсаживались рядом и пытались томно заглянуть мне в лицо. Странно, что мой хмурый вид их заранее не отпугивал. В-третьих, с мужчиной поутру, как я предполагаю, расстаться гораздо проще, чем с женщиной. Хотя… откуда у меня такая уверенность? Просто определяться надо было быстро, я и определился.
Вот. Наконец-то. Очень подходящая особь. Он сидел далеко, но не сводил с меня глаз. Провел зрительную диагностику еще раз и приподнял свою рюмку с коньяком, будто чокаясь с ним. Особь тут же приняла приглашение, подхватила свой бокал и направилась ко мне. Я восхищенно его осматривал, едва не давясь слюной. Огромный, просто невероятно огромный! Под два метра ростом, широкий в плечах, одежда не способна скрыть перекатывающиеся бугры мышц. Я кончил от одного этого зрелища… ну, правда, не в прямом смысле.
— Новичок? — спросил он бархатно, усевшись на соседний высокий стул.
— Новичок… — отозвался я, пытаясь собраться с мыслями. Думаю, вожделение в моем взгляде не скрылось и от него.
— Я могу тебя угостить? — он улыбался, рассматривая мое лицо. Меня его лицо не интересовало вовсе. — Как тебя зовут, красавчик?
Представиться вымышленным именем или это вообще не имеет никакого значения? Да к черту формальности! Я на грани! Поэтому просто встал и спросил, глядя ему в глаза:
— К тебе или ко мне?
Наверное, на такую легкую победу он и не рассчитывал.
— Шустрый, — ухмыльнулся он и тоже встал, возвышаясь надо мной, подобно Фудзияме. Я судорожно выдохнул, стараясь унять восторг. — Должен сразу предупредить, на берегу, как говорится… Ну, чтобы потом не возникло недопонимания. Я — стопроцентный актив.
Актив!!! Стопроцентный! Кажется, я все-таки кончил.
— Тогда к тебе, — максимально спокойно ответил я.
Он поцеловал меня в такси, а я даже лениво ответил. До сих пор все мои поцелуи, правда только с женщинами, оставались в далеком прошлом, за границей моей смерти, а после того жажда всегда была превыше страсти.
Надо отдать ему должное — он не пытался произвести на меня впечатление интерьером своей просторной квартиры. Возможно, стоимость моего прикида и часов была уже оценена профессиональным взглядом. Он вел себя просто — пригласил, налил выпить, мягко толкнул в сторону спальни.
— Какой же ты породистый… — он рычал от возбуждения, раздевая меня. Я не отвлекался на вербальные ответы.
Наркоту я подсыпал ему заранее. Конечно, мне не нужно, чтобы с утра он четко помнил, что произошло. Но пока эффекта не было заметно, поэтому когда я резко изменил наши роли, с силой скинув его и уложив на лопатки, он расширил глаза от шока. Стопроцентный актив, спохватившись, даже начал отбиваться, и это было воистину прекрасно. Его физическая сила поражала, я уже начал подозревать, что он совсем не вырубится. Но нет, через довольно продолжительное время мой сладкий птенчик все-таки отключился, но к тому времени я уже удовлетворил инстинкт. Почти уверен, что менее мощная особь моего сегодняшнего голода бы не пережила. Но этот только заметно побледнел. Я влил ему в рот своей крови, не сомневаясь в том, что утром раны будут уже почти незаметны. Возможно, он сможет смутно воспроизвести какие-то эпизоды, но в целую осознанную картину это не сложится. Решит, что перебрал. Сделав все необходимое, я завалился рядом, чтобы тоже выспаться, нежась в собственном удовлетворении.
Меня разбудило изменение ритма его дыхания и сердцебиения, поэтому я открыл глаза через секунду после него.
— Ты меня завалил, что ли? — спросил он, но совершенно без негодования. — Я вообще что-то смутно помню. Неужели так сильно напился?
— Конечно, нет, — успокоил я его. — Ты же стопроцентный актив, птенчик.
— Как ты вчера назвался? Кай? – он, конечно, и не подумал, что это мое настоящее имя. Его имя я даже и не пытался расслышать. — Извини, я не знаю, с чего у меня так вчера крышу сорвало. Все как в тумане. И ты, вроде, кусаться любишь? — он спонтанно прижал ладонь к шее, но ничего страшного там не обнаружил. — Но я готов повторить на свежую голову, — он подмигнул.
Но я был слишком сыт, чтобы повторять. Поэтому зевнул, поднялся и начал одеваться.
— Погоди-ка, постельное белье другое! Вообще ни черта не понимаю!
Ну естественно, другое! Этот комплект я обнаружил в шкафу, а тот, заляпанный его кровью, еще ночью отправил в стиральную машинку и нажал запуск. Пусть придумает какое-нибудь свое объяснение, зачем я это сделал. Поэтому просто пожал плечами.
