— Темные, — неожиданно подал голос Локус, — также как и обычные геймеры, проявились в разных сферах деятельности после широкого распространения геймификации. Внедрение игровых механик в сегменты, которые не относятся к играм, позволило получить весьма впечатляющие результаты. Повышение эффективности было столь манящим, что геймификация превратилась в еще одну норму жизни. Она была везде: подготовительные дошкольные заведения, армия, крупные корпорации, обучение, профессиональная деятельность и даже работа с налогоплательщиками со стороны госорганов… Все очень радовались и спешили использовать плюсы геймификации, поэтому побочный эффект заметили слишком поздно. Феномен гена геймера — так это назвали. Сегодня это закрытая информация, но многие смогли получить доступ к сведениям об ФГГ и сохранить их. Геймификация мыслительных процессов стала довольно неприятным моментом, поскольку породила более упорных, умных, успешных людей, обладающих весьма странной целью в жизни. Все, чего они хотели — получить достижение. Самые безобидные проявления стали коллекционированием редкостей, самые опасные — полной подменой моральных ценностей. Полностью непрогнозируемое и оттого опасное. Общество грозило развалиться на части. В открытую об этом заявлять не стали, но таких людей, которые восприняли геймификацию слишком близко к сердцу стали называть «геймерами». К компьютерным играм это в большинстве своем отношения не имело, как и к азартным.
— А ты довольно много знаешь, — скривился Теттири.
— Моей семье приходилось разбираться с появившимися среди наших слуг «дикими геймерами», — Локус говорил ровно, но кажется все же волнуется, иначе с чего бы ему упоминать слуг? Речь ведь идет о работниках? Но что более важно…
— Дикими?
— Да. Те, кто известен как геймеры сегодня, способны в полной мере себя контролировать. Они не показывают странных способностей, тогда как о диких болтали много всякого. Якобы у них были некие сверхспособности, — Локус пожал плечами. — Строились теории о том, что из-за изменения модели мышления корректировалась работа мозга и люди могли показать больше возможностей, заложенных в наши тела природой. Вот только платой за это стал рассудок. Кто-то даже приводил древние свидетельства о том, что века назад безумцев закрывали в специальных заведениях и с некоторыми приходилось справляться только группой. Якобы они демонстрировали силу, несвойственную своей комплекции. Я не знаю, насколько это соответствует действительности, но это породило миф о «сильнейших».
— Си-сильнейших?!!! — Алиса резко подалась вперед, хлопнув ладонями по столу. — Подробнее, пожалуйста! Расскажи подробнее!
— Тише, — занервничал Теттири, — не стоит привлекать ненужного внимания.
— Не волнуйся, остальные меня не услышали.
— Они просто не показывают вида… — начал было парень, но его прервал громкий крик Алисы. Никто вокруг на это не отреагировал. Все продолжали есть и общаться будто бы ничего не произошло. — Быть не может. Ты…?
— Продолжай! — Алиса требовательно уставилась на растерявшегося Локуса.
— Л-ладно, — синеволосый сделал несколько глубоких вдохов и продолжил. — Сильнейшие. Кто-то выпустил этот слух. Якобы есть люди, которые полностью пробудили загадочный ген и их способности на порядки превышают те крохи, которые получили обычные геймеры. Слухов много, но если верить большинству из них, то
— Не, все, — опроверг слова Локуса Теттири. С его лица медленно сползла фальшивая улыбка. — Байт Зерован, ты ведь один из них, верно? Один из сильнейших? Вот почему, я уверен, что у твоей группы есть высокий шанс на победу.
— Довольно неожиданное заявление. Как ты пришел к такому выводу? — этот день стал для меня просто кладезем новой информации.
— Во-первых, Дитя Кода не может быть обычным человеком. Если уж на то пошло, то современные геймеры, люди с лучшими рефлексами, памятью, обучаемостью, о которых известно широкой публике — потомки тех первых, «диких» homo ludens. Наиболее популярная теория указывает, что изменение их работы мозга сильно повлияло на метаболизм и некоторые последствия это имело и для потомков. Детям, родители которых жили в период масштабной геймификации, намного легче частично активировать ген геймера. Восемь единиц и Восемь нулей — абсолютные гении мира игр. Большинство уверены, что они оба сильнейшие. Их ребенок обязан оказаться особенным. А во-вторых… я — мистик и с момента нашей последней встречи ты чересчур сильно изменился, Байт Зерован. Кто бы мог подумать, что я встречу двух сильнейших в одном пансионе?
— Двух? — вместо ответа Теттири вновь показал фальшивую улыбку. — Нет, я не намерен вступать с тобой в соглашение.
