В лаборатории кроме Федора Джоновича Скворцова находилось человек пять-шесть. Все суетились, и было непонятно – кто чем занимается. Стенания издавал Федор, он ничего не делал, только стоял посреди помещения и противно ныл. Вокруг все мигало, вспыхивало и искрило. Пахло жженой резиной и сваркой.
- Что стряслось?! – грозным голосом спросил Воробей у Федора, чье лицо в сполохах света казалось покрытым красными пятнами, говорящими о его чрезвычайном потрясении. Безвольный подбородок мелко дрожал.
- Катастрофа! – всхлипнул Федор.
- Это я и без тебя вижу. Я о другом спросил: что случилось? Нападение тараканов?
- Нет, бог миловал.
- На бога надейся… А что тогда?
- Эти двое… Семенов и Калачев… - Скворцов дрожащей рукой указал в угол, где округлив глаза от страха и сжавшись, сидели на полу те двое мужиков, которые повстречались гостям из прошлого в коридоре подземелья по дороге в «парикмахерскую».
- А, засланные казачки, - вспомнил Семен эпитет Стаса, - диверсанты мать их!.. Сразу они мне не понравились. Особенно этот, с бородкой как у Исусика.
- Калачев, - шмыгнул носом Федор Джонович. – Кто бы мог подумать…
- Уж больно вы все тут… Сказал бы я, да вы и слова-то нормальные забыли… Что они натворили?
- Установка по перемещению во времени материальных объектов… В общем, она выведена из строя. Эти двое…
- Ясно, - Воробей крякнул и, закинув излучатель на плечо, почесал затылок. – Стало быть, на подкрепление надеяться нечего.
- Мы, конечно, все восстановим, во всяком случае, попытаемся, но для этого потребуется определенное время, - пожал рыхлыми плечами Скворцов.
- Которого у нас нет, - подытожил Семен. – Так, что со шпионами делать станем? Надо бы их под арест определить да допросить хорошенько, с пристрастием, так сказать.
- Как это: с пристрастием?
- Не твоя забота, ты, главное дело, камеру организуй. - Семен задрал голову и посмотрел на мигающие светильники. – А освещение как-нибудь наладить можно? А то мигает – глазам больно.
- Стасенька! – Федор, наконец, заметил стоящую в дверях лаборатории девушку. – Как я рад, что ты вернулась! А у нас тут ЧП. Столько сил в программу вложено, все насмарку!.. А с энергией-то от АС как? Все положительно решилось?
- Нормально. Ровно в 12.00. будет произведена пробная подача. Потом, если все в порядке…
- Э, товарищи, - прервал их беседу Семен, - или как вас: господа? Позже побалакаете, давайте дело делать.
- Да-да, - кивнул Скворцов и повернулся к девушке: – Станислава Игоревна, боюсь, в наших электрических сетях большие неполадки.
- Не думаю, - покачала головой Стася. – В лаборатории я устанавливала мощную защиту. Сейчас все сделаю, - пообещала она и удалилась, а Воробей снова вскинул излучатель и, направив его на перепуганных насмерть Семенова и Калачева, скомандовал:
- Подъем! И не рыпаться, пристрелю! – и, повернувшись к Федору: - Веди, Федя, в темницу.
Конвой еще не добрался до места заключения злоумышленников, как освещение Островка Надежды было восстановлено.
- О! – чему-то обрадовался Воробей. – Узнаю знакомые места.
Скворцов остановился перед той самой дверью, за которой недавно воскресли гости из прошлого.
- Пожалуй, - начал он, - это самое надежное помещение в смысле…
- Понятно, в каком смысле: дверь изнутри не открывается. Сам сидел – знаю… Так, граждане шпионы, вести себя тихо как мышки; в дверь не стучаться; пить, писать, какать не проситься. Ничего, потерпите. Я скоро приду, побеседуем… – Семен пристально посмотрел в глаза сначала Семенову, потом, более долгим взглядом - Калачеву, странно усмехнулся. Усмешка явно не предвещала испуганным вредителям ничего хорошего.
- А где остальные? – спросил Федор, когда дверь, в которую загнал заключенных Семен, подталкивая их в спины дулом излучателя, закрылась. – Где Станислав, Юрий, Прохор?
- Они решили по земле немного пройтись, свежим воздухом подышать. Если конечно его можно назвать свежим… Скоро будут. Мне бы того… умыться с дороги. Да и пожевать чего-нибудь не помешает. Порция змеиного супчика, надеюсь, найдется?
- Найдется, найдется, - заверил Воробья Скворцов.
- Ну да, все правильно: война войной, а обед по расписанию…
Семенов и Калачев строго выполнили приказ страшного гостя из прошлого: вели себя тихо как мышки, в дверь не стучались и побега не замышляли.
Собираясь на допрос, Воробей намеренно не взял с собой никакого оружия для устрашения пленников. Если дело дойдет до рукопашной, он справится с этими хлыщами легко – они же малохольные, лишенные воли к сопротивлению людишки. Да и силы в себе после съеденного в столовой змеиного супчика и пары котлет (Семен, чтобы не портить аппетита, даже не стал спрашивать, из какого рода живности они изготовлены) он ощущал немалые.
