Первым пошел под Джелалабад 317-й полк, уничтожать банду. Мы же вышли в первых числах мая на операцию по разведке и уничтожению бандформирований, проникших в горную провинцию Чаквардак. Преодолевали горы, перевалы, которые простирались порою на несколько километров, они даже в мае были засыпаны снегом. Приходилось и танками, и вручную делать специальные тоннели, чтобы пропускать колонны. Это была целая операция по преодолению препятствий. Например, проходим по дороге, справа высокая скала, потом дорога метра 2,5-3 шириной, дальше обрыв. Обойти невозможно. Трое суток полк собирал камни, а афганцы, сочувствующие нам, выкладывали стенку. Выслали танк вперед, за рычаги сел командир танковой роты, на пониженной передаче начал преодолевать эту промоину. Вдруг танк начал оседать назад, башня стала подниматься, я отвернулся, потому что в ушах у меня уже звенел грохот падающего в пропасть танка. Но грохота не произошло, я повернулся и вижу: танк выползает на ту сторону. Благодаря великолепному мастерству, хладнокровию этого капитана (если бы он тогда газанул, прокрутило бы гусеницы, и танк сполз бы), он просто аккуратно выполз на ту сторону. Когда танк оказался на той стороне, мы начали делать вторую стенку, укрепили ее, постелили деревья, сделали дорогу и перегнали все танки. Вот так мы преодолели этот опаснейший участок. Попадались засады, но они были мелкие и мы их отбивали. Застревали в грязи, мостили дороги. Прибыли в указанный район, там нас должны были ждать местные жители, которые вроде бы собирались организовать в провинции нечто похожее на советскую власть. Нашей задачей было в течение 20-30 дней помочь им в этом своим пребыванием. Но когда мы туда прибыли – никого нет, все разбежались. Последовал приказ – разбить лагерь. Была у нас громкоговорящая машина, мы крутили песни, уговаривали афганцев вернуться.
