Генерал от машинерии полностью

Метёлки так и сновали вокруг. Прошла, поводя гигантскими покатыми плечами, ефрейтор Сандра Каблукова. Следом промчалась Ксанка Заиченко, одарив Кирилла взглядом сияющих глаз. Потом настал черёд Ритки Поспеловой, и эту мерзкую сучку Кирилл гнал поганой метлой от столба и до обеда. А потом пришла Света Чудинова, и поганая метла обернулась букетом алых и белых роз, а на Кирилле уже не было форменного чёрного с серебряными звёздами мундира, брюк и армейских ботинок, а присутствовали переливающийся всеми цветами радуги костюм, в котором не стыдно отправиться даже к президенту, и белоснежные туфли, почему-то смахивающие на антигравитационные калоши…

— Внимание, подразделения Галактического Корпуса! — разнёсся по танцполу командный голос на инлине. — Подъём!

Света удивлённо распахнула голубые (с каких это пор они стали голубыми?!) глаза, а Кирилл повернулся, чтобы выложить неожиданно возникшему кандидату в командиры всё, что он о нём думает.

— Внимание, галакты! Подъём!

Удивлённая голубоглазая Света испарилась. Поганая метла с алыми и белыми розами — тоже. Кирилл возмущённо мотнул головой и… пришёл в себя.

Перед глазами находилась матовая поверхность из неведомого материала. Кирилл хотел почесать репу, и рука начала двигаться в нужном направлении, но тут он просёк ситуацию.

Ох чёрт! Похоже, прибыли… Вот только интересно — в какой пункт Мешка? Эта мне секретность, кол им в дюзу!

А интерком выкрикивал следующий приказ:

— Всему личному составу перевозимых подразделений принять пилюлю номер один! Аптечка на левой стенке каждой ячейки… Всему личному составу перевозимых подразделений принять пилюлю номер один! Аптечка на левой стенке каждой ячейки…

Ячейка уже осветилась, и Кирилл без труда определил, которая пилюля числится в аптечке под названным номером. Пилюля оказалась совершенно безвкусной, и ожидавший почему-то горечи Кирилл удивился. Через несколько секунд в голове окончательно прояснилось, а расслабленные мускулы налились почти привычной силой.

Крышка ячейки с шорохом откинулась вправо, и Кирилл сел. Вот ведь — будто в гробу побывал!.. Это привилегия бойцов ГК — перед первым боевым десантированием полежать в этих металлических ячейках, отдалённо смахивающих на место последнего пристанища! Впрочем, иногда, должно быть, они и в самом деле превращаются в гробы.

Дьявол, что за мысли спросонья!

Он помотал головой, отгоняя не подходящие к моменту ассоциации, выбрался из ячейки, спустился на палубу и оглянулся по сторонам.

Высовывались из своих ячеек и другие. Повсюду виднелись заспанные лица — кто всё ещё недоумевал, где оказался и почему разбудили; кто уже понял, что прибыл к месту несения дальнейшей службы.

— Подъём! — надрывался интерком. — Всему личному составу перевозимых подразделений покинуть тёплые постельки! Быстрее, галакты! Иначе в бою ксены надерут вам задницы!

Курсанты… нет, теперь уже бойцы Галактического Корпуса начали выпрыгивать из ячеек и разминать мышцы. Кирилл тоже принялся делать наклоны и приседания. Прислушавшись к себе, удовлетворённо отметил, что в коленях не щёлкает. И через мгновение почувствовал, что вслед за головой, руками и ногами проснулся мочевой пузырь.

Тут же на дальней стене трюма замигали триконки с буквами «WC», а интерком скомандовал:

— Внимание! Личному составу перевозимых подразделений — оправиться! — И после негромкого смешка добавил: — Позаботьтесь о сохранности нижнего белья.

— Свои трусы побереги! — пробурчал по-русски Кирилл, направляясь к туалетам. — Юморист хренов!!!

Рядом оказался Артём, суетливо проверяющий, как на нём сидит мундир. Вот ведь заботы у обрезка!.. Первое дело — чтобы перед метлой покрасоваться. Плечи шире бёдер, а бёдра шире талии, блин!..

— Интересно, где это мы очутились? — Голос Артёма звучал нетерпеливо.

Кириллу тоже было интересно, там ли они очутились, где должны, но ведь, не зная второго нечего волноваться и о первом, а потому нетерпеливость Спири показалась ему неуместной. Военную службу надо начинать с солидными повадками, не проявляя пустого любопытства.

— Скоро узнаем.

— Где бы ни очутились, гости от вас не уйдут.

Кирилл обернулся. Последние слова — и тоже по-русски — произнёс незнакомый тип при усах подковкой; одного с Кириллом роста, но постарше. Короткие, стриженые бобриком волосы; мужественное, словно закаменевшее лицо; умный взгляд серых глаз… И погоны с одной звездой. Прапорщик, кол ему в дюзу! Откуда он тут взялся, среди бывших курсантов?

— Какие ещё гости? — ошарашено пробормотал Артём.

В глазах прапорщика таилась тщательно скрываемая усмешка.