Полковник Крымов исполнял должность генерала для поручений при командующем, и Самсонов был привязан к нему. Да они и были похожи: Крымов, как и Александр Васильевич, широк в плечах, тучен, с бородатым, волевым офицерским лицом, какое обычно делается у военных людей после двадцатилетней службы.
- Спешил, ваше превосходительство, на наш праздник и опоздал, - сказал Крымов. - Устал.
- Я вас ждал утром, - упрекнул Самсонов. - Докладывайте.
- Завтра представлю отчет, - сказал Крымов. - При мне задержали непальца. - Английский шпион. Еще нападение на денежную почту у поста Нижне-Пенужский... В Бухаре столкновения суннитов и шиитов... - Крымов замолчал, потом спросил: - Правда, Головко разбился?
- Что делает эмир? - спросил Самсонов, хотя эмир его не интересовал.
- Эмир намерен отдыхать у нас в Крыму, - ответил полковник. - Будет хлопотать о бесплатном проезде.
- Да, да, - кивнул Самсонов. - Жаль, что вы не приехали утром... Присаживайтесь. Давайте поговорим как старые боевые товарищи. - Он сел на диван и указал на место рядом с собой.
Крымов сел, от него пахло далекой дорогой - кожей седла, лошадиным потом, табаком.
- Сознайтесь, - сказал Самсонов. - Вам никогда не приходило в голову сравнение с Римской империей?
- В том смысле, что Москва - третий Рим? В штабе второй армии, в Маньчжурии, что-то такое мелькало, но для юного генштабиста, каким я тогда был, вообще свойственна мировая стратегия.
Видя, что Крымов отшучивается и не будет опережать мысль командующего, Самсонов спросил о нападении на почту.
И полковник рассказал, как в десять часов вечера в тумане, в камышах поручик и два стражника подверглись нападению шайки разбойников, их было человек шесть - восемь; почту удалось спасти - поручик приказал одному стражнику утекать, а сам с другими стал отбиваться.
Это простое словцо "утекать" напомнило Александру Васильевичу, что Крымов командовал казачьим полком.
- Что поручик? Убит? - спросил он.
- Не зарубили, - сказал Крымов. - Живой.
- Надо наградить! - решил Самсонов. - Здесь не Россия... У нас невыполнимая задача - воевать и сохранять обаяние русского имени.
- Отчего же невыполнимая? - возразил Крымов. - Возмите Англию, вот у кого нам поучиться. Создала мировую империю и возвысила свое имя.
- Нет, им тоже не избежать участи римлян, - сказал Самсонов. Есть какой-то закон, который определяет судьбы империй. Сперва Александра Македонского, потом Римская, Византийская, Испанская.. Оттоманская на ладан дышит.
- Я не понимаю, Александр Васильевич, - произнес Крымов. - Эта аналогия противоестественна духу службы на окраине. - Это вы правильно заметили. Нынче еще можно глаза закрыть. А что завтра, когда прогресс даст всем мусульманам такую же силу, как англичанам, русским?
- Этим халатам? - усмехнулся Крымов. - Вы думаете, нам придется когда-нибудь отступить?
- Боюсь, что придется, - подтвердил Самсонов. - Россия будет держаться в границах распространения православной религии, тогда она неуязвима. Я служил в царстве Польском, Маньчжурии, здесь, в Средней Азии - и вижу одно и то же. Мы можем победить чужую военную силу, а сильную религию не победишь. Вспомните татарское иго. Или в Болгарии - турецкое... Вам понятно? За сотни лет они не смогли победить.
- Значит, мы отсюда уйдем, - задумчиво сказал Крымов. - Но тогда повторится Батыево нашествие... Нет, нельзя военным так далеко заглядывать! Наше дело иное.
- Надо исполнять свой долг, - согласился Самсонов. - Это нас всегда оправдывает.
* * *
Это мы всегда умели - исполнять долг. Тридцатидвухлетний Скобелев на белом коне выехал перед дрогнувшим Эстлянским полком и под огнем турок стал командовать ружейные приемы. - На караул! На плечо! В штыки колоть!
Турки участили ружейную стрельбу. Скобелев спокойным шагом проезжал по фронту полка и подбадривал: - Ишь, кровельщики начали пугать!
Звук турецкой пальбы походил, как говорили солдаты, на удар деревянных молотков по железным листам.
- Ну с богом, ребята. Вперед! - позвал генерал.
И полк вступил в дело. Ура, пошли. Проснулся медведь, полез на скаты редута, страха нет, сердце как будто испарилось.
А Калужский полк вовсе лихо шел в батальонных колоннах с музыкой, с развернутыми знаменами - под огонь. И скосило полк. Но рядом Рыльский волк без блеска атаковал; подкрался без музыки, незаметно, поротно - потерял людей в четыре раза меньше лихих калужцев, да и наград получил меньше.
Слава Скобелеву, слава Калужцам! Вечная память павшим!
