Командующим армией был назначен генерал-лейтенант Андерс, которого привезли из советского лагеря военнопленных, куда он угодил в 1939 году, командуя бригадой в боях против Красной Армии. Андерс по происхождению из семьи прибалтийских помещиков, окончил в Петербурге Пажеский корпус, академию Генерального штаба, служил в царской, затем в польской армии,
Армия формировалась в порядке призыва и из добровольцев-поляков, проживающих на территории СССР или находившихся в лагерях военнопленных. Вооружение, экипировка, размещение, снабжение продовольствием осуществлялось советской стороной в кредит, с оговоркой, что Польша рассчитается после окончания войны.
Дислокация определялась так: штаб армии в г. Бузулуке, 5-я пехотная дивизия - Татищевский лагерь; 6-я пехотная дивизия - Тоцкий лагерь. Для начала перечислялось 5 миллионов рублей.
Генерал Андерс представил список старшего командного состава с указанием, на какие должности они рекомендуются: три генерала, восемь полковников, восемь подполковников. К сентябрю 1941 года были освобождены из лагерей и призваны 15 127 бывших польских военнослужащих, из которых 1841 офицер. 17 сентября части польской армии приступили к занятиям.
О всех мероприятиях по формированию польской армии регулярно докладывалось Сталину.
В ноябре 1941 года в Москву прибыл глава польского правительства В. Сикорский. Его и генерала Андерса 3 декабря принял Сталин.
С первой же встречи Сикорский повел разговор не об участии польских частей в боях совместно с Красной Армией, а о том, чтобы отобрать польских летчиков и 20-25 тысяч других военнослужащих и отправить их в Англию для пополнения польских частей на Ближнем Востоке.
Сталину не понравилась эта позиция гостя, и он, как бы и в шутку, но и всерьез, сказал:
- Если поляки не хотят здесь воевать, то скажите об этом прямо, - да или нет. Я считаю - где войска формируются, там они должны остаться и принимать участие в боях. Не хотите? Обойдемся без вас. Можем всех отдать, сами справимся. Отвоюем Польшу и вам ее отдадим. Но что на это люди скажут? Как будут к вам относиться после войны? Какие же вы будете освободители родины, если вашими руками англичане будут решать свои интересы на Ближнем Востоке? Совместные боевые действия с нашей армией способствовали бы укреплению советско-польских отношений. Нам жить рядом. Мы соседи. Или вам ближе английские интересы?
- Пусть армия пока остается на вашей территории, - согласился Сикорский, - но надо увеличить ее состав, сформировать еще одну дивизию.
- Хорошо, - согласился Сталин, - можем увеличить армию до семи дивизий, но тогда вы добейтесь, чтобы в снабжении частей участвовали Англия и США. Вы же знаете, как нелегко сейчас приходится нам на фронте.
- В вашей стране, - сказал Сикорский, - еще много поляков, которые находятся в лагерях. Можно было бы за счет их сформировать новые части.
Сикорский подал списки Сталину. В этих списках были фамилии многих офицеров, погибших в Катыни. Таким образом, Сикорский хотел или узнать о их судьбе, или уязвить Сталина (тогда однозначно считалось, что офицеры были расстреляны сотрудниками НКВД).
- Хорошо, мы проверим эти списки, - ответил Сталин. После встречи со Сталиным Сикорский посетил польские части и остался очень доволен их состоянием.
Генерал Андерс на следующий день после встречи с Верховным в беседе с корреспондентом "Правды" сказал:
- Наиболее ярким из моих московских впечатлений были встречи с г-ном Сталиным, Верховным Главнокомандующим Красной Армии и вождем Советского Союза. Эти встречи - крупное событие в моей жизни. Каждая фраза Сталина закончена, каждая мысль ясна и обоснованна. Мы ехали к г-ну Сталину с вопросами, от которых зависела судьба нашего дела. Для меня как для солдата, который хочет драться, это были вопросы жизни. И по мере того как Сталин тихо и спокойно отвечал: "Это будет сделано", "Это препятствие мы поломаем", - во мне росла полная уверенность в том, что наше дело победит, что под руководством Сталина советско-польские отношения будут великолепны, а трудности забудутся при общей доброй воле и решимости идти вместе до конца. Мы хотим скорее драться, чтобы скорее вернуться в Польшу, к своим семьям и своим очагам, а потом продолжать путь на запад до победы.
Однако во всей своей последующей работе генерал Андерс делал все, чтобы не допустить участия в боях польских частей вместе с Красной Армией.
Личное горе Сталина
20 июля 1941 года немецкое радио и газета "Фелькишер беобахтер" сообщили о том, что сын Сталина, Яков, находится в плену. Не трудно представить, какой это был удар для Сталина - как отца и как Верховного Главнокомандующего, человека, как говорится, на виду у всего мира. Его, несомненно, потряс не только сам факт пленения и угрозы гибели сына, но и беспокойство - как поведет себя Яков, находясь в руках врага.
О пребывании Якова в плену и о его гибели написано много и еще больше ходит всевозможных слухов.
