Вскоре начальник разведотдела Ленинградского фронта доложил о том, что он получил сведения о перемещениях в расположении противника. Но на этот раз противник перебрасывал части не в пределах фронта, а передвигал мотопехоту от Ленинграда на Псков. Кроме этого, были сведения и о том, что противник грузит танки на платформы и тоже перебрасывает их к Москве.
Фельдмаршал фон Лееб понимал: катастрофа постигла не только его войска, но и его лично; Гитлер, возлагавший так много надежд на захват Ленинграда, не простит ему эту неудачу. Лееб написал Гитлеру доклад о своих дальнейших действиях по овладению Ленинградом, на самом же деле это была попытка объяснить свои неудачи и как-то смягчить удар. А Гитлер сильно гневался на Лееба. На одном из совещаний он с возмущением говорил:
- Лееб не выполнил поставленную перед ним задачу, топчется вокруг Ленинграда, а теперь просит дать ему несколько дивизий для штурма города. Но это значит ослабить другие фронты, сорвать наступление на Москву. И будет ли взят Ленинград штурмом, уверенности нет. Если не штурм, то Лееб предлагает перейти к глухой обороне. Ни то, ни другое не годится, он не способен понять и осуществить мой замысел скорейшего захвата Ленинграда. Этот город надо уморить голодом, активными действиями перерезать все пути подвоза, чтобы мышь не могла туда проскочить, нещадно бомбить с воздуха, и тогда город рухнет, как переспелый плод... Что же касается Лееба, то он явно устарел и не может выполнить эту задачу.
Сталин в сражении за Ленинград твердо координировал действия войск, находившихся в окружении и за пределами города. Помогал Жукову авиацией и активными действиями на других фронтах, чтобы сковать резервы противника.
Его решение как Верховного Главнокомандующего послать в Ленинград именно Жукова не случайно, Сталин хорошо знал своих подчиненных, этот правильный выбор помог найти выход из "безвыходного положения". Дальновидность Сталина в этом сражении сыграла важную роль. Верховный упорно и терпеливо высматривал, приближал и выращивал когорту полководцев современной войны. Недалеко было то время, когда засияют яркие имена его подлинных воспитанников - Рокоссовского, Ватутина, Конева, Черняховского, Чуйкова, Рыбалко, Катукова, Новикова, Кузнецова и многих других.
Угроза "Тайфуна"
Серьезные неудачи, постигшие наши войска на южном крыле совете ко-германского фронта, дали возможность гитлеровскому командованию, с одной стороны, усилить нажим и вплотную прорваться к Ленинграду (о чем рассказано в предыдущей главе), а с другой - начать подготовку решающей операции на главном направлении.
На совещании в "Волчьем логове" Гитлер сказал:
- Наши успехи, достигнутые смежными флангами групп армий "Юг" и "Центр", дают возможность и создают предпосылки для проведения решающей операции против группы армий Тимошенко (Так немцы называли наш Юго-Западный фронт), которая безуспешно ведет наступательные действия перед фронтом группы армий "Центр"... В полосе группы армий "Центр" надо подготовить операцию таким образом, чтобы по возможности быстрее, не позднее конца сентября, перейти в наступление и уничтожить противника, находящегося в районе восточнее Смоленска, посредством двойного окружения, в общем направлении на Вязьму, при наличии мощных танковых сил, сосредоточенных на флангах...
Большая работа по подготовке наступления, конечной целью которого назначался захват Москвы, была проделана и в генеральном штабе сухопутных войск, проведено несколько совещаний, предприняты меры для доукомплектования частей и соединений группы армий "Центр". 6 сентября Гитлер подписал директиву No 35 на проведение этой операции, которая получила кодовое наименование "Тайфун".
Операцию намечалось осуществить в самое короткое время, до начала осенней распутицы и зимы, и обязательно завершить победой. Эта мысль отразилась и в названии, которое придумал сам Гитлер, - наступающие войска должны, как тайфун, смести все на своем пути к Москве.
Гитлеру так не терпелось реализовать свой замысел, что он потребовал начать наступление через 8-10 дней после того, как ему пришла в голову эта мысль. Однако Гальдер точными расчетами и логическими аргументами убедил его, что сразу начать и провести такое широкомасштабное наступление невозможно, потому что 2-я армия и 2-я танковая группа еще повернуты на юг, а группа армий "Центр" после продолжительных боев восточнее Смоленска требует пополнения и людьми и материальными средствами. С большим нежеланием, как говорится, скрепя сердце Гитлер в конце концов согласился на солидную, планомерную подготовку этого наступления.
