- Проанализировав обстановку, сложившуюся после неудачи нашего десанта, я пришел к выводу, что наступление с Букринского плацдарма вряд ли может иметь успех. Внезапность удара была утрачена. Сопротивление противника, разгадавшего наш замысел, резко возросло. Местность на этом направлении крайне неудобна для действий танков - очень овражистая, сильно всхолмленная, дорог мало. Мой вывод заключался в том, что необходимо перенести центр усилий на Лютежский плацдарм. О чем я и доложил Верховному...
Однако Сталин потребовал от Жукова строго руководствоваться ранее принятым решением и взять Киев.
Были предприняты еще две попытки, обе закончились неудачно.
Жукова удивляло упорство Сталина, маршал тогда не знал, что скоро состоится встреча большой тройки - Сталина, Рузвельта и Черчилля в Тегеране - и Верховный хотел прибыть туда с таким весомым свидетельством успехов Советской Армии, как взятие Киева.
Сталин, окончательно убедившись в бесплодности атак с Букринского плацдарма, утвердил новый план взятия Киева.
Суть его заключалась в следующем: имитируя сосредоточение подкреплений на Букринском плацдарме, на самом деле снять с него 30-ю гвардейскую танковую армию и перегруппировать ее на Лютежский плацдарм, откуда гитлеровцы не ожидали нашего удара.
Сталин спешил. Взятие Киева по намеченным срокам должно было произойти до открытия конференции в Тегеране.
Надо сказать, что хотя этот замысел был и уместен, его осуществление было весьма непростым. Представьте, что такое танковая армия: это колоссальное количество людей, танков, вспомогательной техники и обеспечивающих подразделений. А передислоцироваться ей надо было на 200 километров, с одного плацдарма на другой. Причем эти 200 километров - вдоль фронта противника. Он мог заметить передислокацию, и тогда все намерения, все эти хитрости просто лопнули бы. Кроме танковой армии, перебрасывался еще 7-й артиллерийский корпус прорыва, для того чтобы обеспечить огнем действия наступающих войск. Все перемещения осуществлялись под строгим контролем маршала Жукова, представителя Ставки. И еще он организовал имитацию активных передвижений к фронту на Букринском плацдарме.
Таким образом, Сталин с помощью Жукова создал мощную ударную группировку на том направлении, где противник этого удара не ожидал. Там были: целая танковая армия, отдельный танковый корпус, 38-я армия и еще артиллерийский корпус прорыва. Одних "катюш" - оружия, которого очень боялись немцы, - было здесь больше 500 единиц! Поддерживала действия наземных войск 2-я воздушная армия.
Сталин очень торопился, поэтому не пожалел своих резервов.
1 ноября началось наступление 27-й и 40-й армий именно - вы правильно догадались! - на Букринском плацдарме. Считая этот удар главным, Манштейн сразу же подтянул сюда оставшиеся резервы, в том числе танковую дивизию СС "Рейх".
Сталин этого и ждал! Через сутки, когда уже хорошо завязались в боях наши наступающие и немецкие обороняющиеся части, 1-й Украинский фронт нанес удар с Лютежского плацдарма. Это было, конечно, полной неожиданностью для гитлеровцев! 3-я гвардейская танковая армия Рыбалко к утру 5 ноября перерезала дорогу Киев-Житомир, а в 4 часа утра следующего дня танки и 38-я армия генерал-полковника Москаленко ворвались в Киев и освободили город.
Жуков послал телеграмму Верховному Главнокомандующему. Мне хочется привести эту телеграмму, потому что в ней почти не служебный стиль, а явное радостное настроение маршала Жукова:
"С величайшей радостью докладывается о том, что задача, поставленная по овладению нашим прекрасным городом Киевом - столицей Украины, войсками 1-го Украинского фронта выполнена. Город Киев полностью очищен от фашистских оккупантов. Войска 1-го Украинского фронта продолжают выполнение поставленной задачи".
Получая информацию и наблюдая за действиями переправившихся на правый берег Днепра, Сталин отметил; те, кто захватил плацдарм, стремятся не только продвигаться вперед, но и расширить свои позиции. А в некоторых местах маленькие плацдармы объединяются с соседними.
Правильно гласит военная пословица: хороший полководец не только учит свои войска, но и сам у них учится. Сталин извлек полезный урок из действий подразделений на плацдармах: не обязательно форсировать Днепр в других местах. Даже с подошедшими переправочными средствами дело это трудное, влечет большие потери. Можно, используя успех частей, переправившихся на правый берег, с их плацдармов бить вдоль побережья Днепра, сматывая оборону противника и тем самым расширяя плацдармы.
Такие возможности появились в районе Киева, Черкасс, Днепропетровска, Запорожья и в других местах.
На сей раз Сталин посчитал более подходящим для такой операции Степной фронт (он так назывался к началу этой операции).
