Он достал карту города и окрестностей и начал объяснять. Собравшиеся, склонившись над картой, с любопытством следили за карандашом околийского начальника.
— Я считаю, — продолжал Григоров, — мы должны начать внезапно…
— Но оружие! Оружие, господин Григоров! — воскликнул снова Кытев. — Где взять оружие?
— Не поднимай паники, Кытев, — взглянул на него Григоров, — мы приняли меры, чтобы снабдить вас оружием. Сегодня я послал на кабриолете во Врацу старшего полицейского Гунчева, чтобы он привез десять винтовок, которые мне лично обещал полковник Пазов. Кроме того, двум тайным агентам, одетым в штатское, приказано задерживать всех, входящих в город, обыскивать их. До сих пор удалось изъять только два пистолета.
— Неужели? — вздрогнул протоиерей Йордан. — У кого же их изъяли?
— У двух священников, которые шли из Клисурского монастыря. К сожалению, оружие оказалось без патронов.
Протоиерей, сидя на стуле, затрясся от смеха.
— Что же ты наделал, Григоров? — воскликнул наконец, он, вытирая слезы. — Несчастные священники. Они думают, что их обыскали коммунисты. Знаешь, кто они?
— Мне неизвестны их имена. Знаю только, что сейчас они у вас.
— Позор, господин Григоров! Позор болгарской полиции! Обыскивать духовных лиц посреди дороги…
— Не говори так. В этой околии и среди попов развелось много коммунистов. Случай с медковским попом нам всем известен. С амвона он выступал с коммунистическими речами. А после литургии собирал деньги на оружие. Знаем мы этих божьих слуг! Однако, господа, давайте продолжим!
Он посмотрел на свои часы и опять склонился над картой. Все долго рассматривали улицы, повороты реки Огосты, высоты, дороги, ведущие в город. Наконец решили организовать штурмовое отделение и уже этой ночью занять позицию для обороны в местности Слами, недалеко от виноградника Петко Тошева. Согласно полученным сведениям, неприятель группировал свои силы тоже в этом месте, в винограднике Петко.
— Итак, мы располагаем двумя винтовками и тремя револьверами, — сказал Григоров. — Для первого удара этого достаточно. Насколько я знаю, и у неприятеля положение не лучше. Но надо беречь патроны. Если придется пойти в рукопашный бой, будем драться и в рукопашном.
— Правильно! — согласились все.
Григоров продолжал отдавать распоряжения, а потом приказал протоиерею Йордану охранять церковь, а точнее — колокол.
— Коммунисты ни в коем случае не должны добраться до колокола. В помощь отцу Йордану даю полицейского Рангела.
В этот момент зазвонил телефон. Григоров протянул руку, чтобы поднять трубку, но вдруг заколебался. Тогда протоиерей решился и поднял ее. Все смотрели на него в оцепенении.
— Да, господин полковник, — сказал протоиерей, — околийский начальник здесь!
Пришедший в себя Григоров сразу же вырвал трубку из рук священника. Ему стало обидно, что в этот момент кто-то другой будет говорить с полковником Пазовым.
— Слушаю вас, господин полковник. Да, Григоров. Готовимся проучить врага. Что? Понятно. Один? Не пройдет! Мы перекрыли все дороги в город. Есть!
Он положил трубку и строго взглянул на присутствующих.
— Господа, Гаврил Генов движется к нашему городу. С вооруженным отрядом. Положение критическое! Готовьтесь!
Светила луна. Звенели цикады. Стук кованых ботинок гулко раздавался в тишине. Щелкали затворы винтовок. Так начиналась революция…
