Жильцов. Правило, правило… Какого черта, в конце концов! (Встал, со злостью отшвырнул ногой стул и, посапывая, большими шагами зашагал по комнате.) Подумаешь — встретила Ваньку Кондрашина, он ей поплакал в жилетку — и пожалуйста, готово — расстроилась, пожалела… Мне, может, самому жалко Ивана, но ведь у меня завод на плечах! И не какой-нибудь там захудаленький, а по нашему району из первых! А знаете вы, что это значит — быть первым в районе? Это значит, что все районное начальство одним тобой только и руководит. Об отстающих они на отчетных собраниях вспоминают, когда каяться надо, а руководит весь год — мною! Сегодня меня в райком тянут, завтра на коллегию в министерство, послезавтра Госконтроль заявляется — голова кругом идет! А тут еще Ванька Кондрашин со своими фантазиями — заниженные планы, неиспользованные ресурсы… Вот и бегай потом доказывай, что все это он сдуру мелет…
В дверях кабинета молча появляется Тамара..
Бубнов (предостерегающо). Алеша!
Жильцов (не обращая внимания). А Тамаре жалеть легко! Что ей? У нее только и забот что сидеть дома да ездить по врачам, магазинам и парикмахерским…
Тамара (спокойно). Все правильно, Алеша. Я только не пойму — с чего ты вдруг расшумелся? Ведь я тебе ничего обидного не сказала. (Подошла к столу, потерла озябшие руки.) Добрый вечер, товарищи!
Жильцов (запальчиво), Нет, погоди!
Тамара (тихо). Не надо, Алеша. Пожалуйста, не надо. Мы после поговорим.
Жильцов. А почему — после? Мне тут стыдиться некого! Я простым слесарьком был, когда мы поженились! А теперь…
Тамара. Перестань, Алеша.
Жильцов. Все эти годы, все эти годы я по двадцать четыре часа в сутки работал, света божьего не видел, а считай: получил институтский диплом, получил звание инженера, получил ученую степень кандидата наук…
Тамара (невесело улыбнулась). Получать ты умеешь. Что-что, а где получать — там ты первый!
Жильцов (рявкнул). Так я ж не чужое брал! Я брал, что положено!
Тамара (подошла к Жильцову, проговорила совсем тихо, все а той же невеселой улыбкой). Положено тебе было много, это верно. А много ли было, Алеша, заслужено?
Жильцов (злобным шепотом). Ну, а уж это и вовсе не твоего ума дело!
Тамара (кивнула). Правильно. Моего ума дело: когда плохо — жалеть, когда хорошо — молчать, улыбаться, принимать нужных людей… Ах, сколько я с этими нужными людьми водки выпила! И как давно уже не сидели за этим столом просто люди— Нина, Ваня Кондрашин… Кстати, Ваня ведь, он тоже из слесарей, а каким инженером талантливым стал!
Жильцов. Ну?
Тамара. Вот и все. Ничего больше. После поговорим, Алеша. Неудобно шептаться при людях. (Усмехнулась.) При нужных людях! (Пододвинула кресло к столу и села.) Извините, товарищи. Давайте ужинать, что ли. Есть хочется. Налейте мне, пожалуйста, водки.
Жильцов. Тебе нельзя водки, Тамара.
Тамара. Сегодня можно. Налейте.
Бубнов. Прошу. Уже давно замечено, что у женщин после хорошей ссоры необычайно разыгрывается аппетит.
Тамара (прищурилась). А разве я с кем-нибудь ссорилась, профессор? Я еще только собираюсь поссориться…
Бубнов. Например — с кем?
Тамара. Например — с вами.
Бубнов. За что же, помилуйте?!
Тамара (любезно). Ну, хотя бы за то, что вы меня сегодня не пригласили в суд. Не дали мне насладиться вашим выступлением. Представляю, каким вы соловьем заливались!.. Что ж, долг платежом красен!
Бубнов. Что вы имеете в виду?
Тамара. Я просто вспомнила, как в прошлом году, когда вас хотели уволить, Алеша хлопотал, суетился, писал куда-то письма… И я сама отвозила эти письма, потому что вы человек — нужный… Да, Алеша, а верно мне сказал Иван, что у вас на будущей неделе перевыборы партбюро?
Жильцов. Верно.
Тамара. Волнуешься?
Жильцов. Это еще почему?
Тамара. Не знаю. Я бы волновалась. Всякое бывает. А вдруг прокатят тебя?
Жильцов (стиснул кулаки, но сдержался). Ты есть хотела, Тамарочка, — ешь!
Бубнов. Ешьте, Тамара Николаевна! Оставьте в покое Алексея Владимировича и обратите внимание на лососину — обещает, как говорят, долголетие и успокаивает нервы!
Тамара (засмеялась). Оставить в покое Алексея Владимировича? Слышишь, Алеша, что мне советует профессор? Мне, значит, обратить внимание на лососину, а Жильцовым будете заниматься вы?! Нет уж — хватит, пожалуй… Да, жаль, жаль, что не знала я про суд… Хотелось бы мне взглянуть, как профессор держал речь!
Бубнов (поежился). Ну что вы, Тамарочка, все обо мне да обо мне! Я ведь лицо эпизодическое. В суде у нас первым номером выступала Варвара Сергеевна.
Тамара (мельком взглянула на Варю и равнодушно отвернулась). Варвара Сергеевна человек подневольный. Ее наняли выступать — она и выступала.
