Поляки с завистью смотрят на наши экономические успехи в ГДР и Венгрии, и потому сейчас покладисты. Тоже хотят сыто жрать и сладко спать. А внешние кредиты странам СЭВ нынче придется согласовывать. Или выходить из организации со всеми сопутствующими. А это уже невыгодно. Кооперация между нами резко возрастает. Немцы и венгры кучу денег на ней зарабатывают. От наших туристов скоро на Балатоне прохода не будет. Да и обмен рабочими и работниками ИТР стал больше похож на турпоток, особенно в ГДР. А привезенные из соцстран шмотки стали настоящим конкурентом советской торговле. Пусть это поначалу и породило вспышку спекуляции на «черном рынке», но массовость быстро снизила цены.
— Не буду углубляться слишком далеко, товарищи. Но в ближайшее время я жду от вас созыва Пленума вашего центрального комитета и ваш уход с постов. И это не обсуждается. Считайте это решение правом старшего товарища. Мы уже через подобное проходили и в итоге становились сильнее.
Дубчек смиренно склонился, зато Шик попытался позировать:
— Это возмутительно! Нельзя вмешиваться в политику независимого государства.
Я подхожу к рыночнику-шибздику и наклоняюсь к нему вплотную:
— Господин хороший. Не бывает таких маленьких независимых государств. Уйдете от нас, ляжете под немцев или американцев. Только поменяете хозяев. Мы же к вам намного ближе, тоже славяне и желаем взаимовыгодного сотрудничества. И если бы вы приехали на прошедшую в июле Московскую экономическую конференцию, то узнали много чего интересного. Например, что такое устойчивая система и каковы факторы ее устойчивости. К вашему сведению: самая оптимальная для производства товаров и услуг территория с населением в 250–300 млн человек. То есть СЭВ как раз подпадает под эти характеристики. Мы позарез нужны друг другу, а вы все в детские игры играете.
Судя по затравленному взгляду, Шик даже не слыхал об этом. В моем мире американский экономист Пол Кругман основные положения своей теории представил в 10-страничной статье, опубликованной в Journal of International Economics в 1979 году. Впоследствии он развивал эту теорию в 20 книгах и свыше 200 научных публикациях. Кругман создал новую экономическую теорию, которая объясняет процессы и результаты свободной торговли, урбанизации и глобализации. Согласно теории Кругмана, процветание различных стран объясняется эффектом масштаба: в долгосрочной перспективе экономически выгоднее производить большое количество одинаковых товаров и услуг.
При этом экономическое преимущество будет у той страны, население которой больше. «Сокращение расходов на транспорт запускает процесс, при котором растущее население города приводит к увеличению производства продукции, большей заработной плате и диверсифицированным поставкам товаров, что, в свою очередь, стимулирует миграцию в города» — так вкратце сформулировал комитет теорию Кругмана.
С моей подачи наши «рыночники» сумели за два года сами обосновать подобную теорию. На конференции шли жаркие споры между различными научными школами, как применить ее в наших условиях. Но судя по некоторым выступлениям — выход есть. И, как всегда, прогрессивными головами оказались люди из провинции. Так что будет целесообразно сократить количество экономических институтов в Москве и поддерживать центры экономической мысли в регионах. Даже Киев смог меня удивить. Вот что значит убрать из русского города отбитых селюков с их идиотской идеологией.
— Едем в посольство!
В Праге у меня усиленная охрана и основная ее часть вне официального кортежа. Завтра еще запланирована встреча с творческой молодёжью, и я точно знаю о планируемой там провокации. Ничего, я не тот полуграмотный Ильич, у меня есть чем встретить выкрики из зала. Большевиков просто так не возьмешь! Огромная ошибка советских бонз заключалась в том, что они отвыкли работать с публикой. Чем и пленил нас Горбачев. В паблисити он и Раиса умели. Интересно, кто их научил? Ну а меня обучили как раз они, товарищи советские идеологи-демагоги. Так что по ушам я проедусь лучше любого «Голоса Америки».
— Леонид Ильич, Москва на проводе.
— Давай.
Я снова бодр и уверен в себе. Мы преодолели несколько острейших международных кризисов. И я точно изменил историю мира и Советского Союза! Звонил Устинов.
— Китайцы согласны заключить договор.
— Тогда вылетайте, Дмитрий Федорович, и заключайте. Мое мнение вы знаете.
Не успел положить трубку, как раздался новый звонок. Я просил по мелочам в поездке меня не беспокоить, но новость, услышанная от Грибанова, начальника моей личной спецслужбы надолго вывела меня из себя. Ай да, Никитка, а да сволочь!
Информация к размышлению: Народные волнения в странах соцлагеря 1953–1989
