Шах заранее обстоятельно подготовил виллу, где мы отдыхали вечером после утомительной экскурсии и перелета. Он заметил мою тягу к напитку, и сам лично подливал чай.
— Я пришлю вам наш чай.
— И сладости! — улыбаюсь я, и мы смеемся.
Вроде контакт налажен, мы оба в легких одеяниях, расслабленные и можем разговаривать напрямую без переводчика.
— Дорогой друг, — по статусу я могу так называть Пехлеви, — мы можем поговорить откровенно?
— Конечно, — хозяин тут же убрал улыбку. Он ждал этого разговора не меньше меня.
— Скажу честно, мне нужен Иран, как хороший сосед и партнер в экономическом сотрудничестве. Ради этого я готов закрыть глаза… на некоторые эксцессы.
Я имел в виду преследования оппозиции, в том числе и социалистической, шахской тайной полицией САВАК. Одна из ошибок шаха. Он дал этой спецслужбе слишком много возможностей. Пехлеви скривился, не нравится ему, когда указывают на его огрехи. Так и мы ранее натворили достаточно. Попытка социалистической революции в Иране в двадцатые, прямое вторжение, вмешательства в политику. Опыт прошлых десятилетий для обеих держав тяжел.
— Но вы потребуете что-то взамен?
— Конечно! Вести более взвешенную политику. Вы слишком доверяете американцам, а они могут кинуть вас в любую минуту. Нет, порывать с ними совсем не требуется. Но подумайте сами. России необходим дружественный сосед, ради этого мы способны пойти на многое. В том числе и согласиться на поставку современного оружия. Как оно работает, вы, думаю, уже видели.
В глазах шаха мелькнул огонек. Наверняка его военные наблюдали, как Индия раскатывает в пыль Пакистан, и что США, по существу, бросили союзника.
— Признаться, это неожиданно.
— А я всегда такой, — широко улыбаюсь. Сам Пехлеви не особо улыбчивый. — Самолеты, танки, системы ПВО. Мы модернизируем свой флот, можем поставить вам кое-какие корабли, ненужные нам. Но самое интересное мы хотим предложить в экономике. На мой взгляд мы слишком мало сотрудничаем.
— Я согласен. Но считаю, что вы недоговариваете.
А взгляд у него тяжелый, как и характер.
Пью чай и решаюсь.
— Мой друг, вы опрометчиво выбиваете лояльную и прогрессивную к своей стране оппозицию. Понимаете, что вместо социалистов и либералов западного толка вы можете получить нечто вроде «исламского социализма». Вспомните Аятоллу Талегана и аятоллу Хомейни. Предупреждаю вас, как друга: они крайне опасны. Но бороться с их течениями следует не только репрессиями. Прежде всего требуется перетянуть у них голоса простого народа. Понимаю, всех бедных одной булкой не накормишь. Но пусть социальными проблемами занимаются иные силы, более прогрессивные. Указывая на опыт своего северного соседа. У нас ислам не имеет такого влияния на общество, но и оно более развито. Можете сами убедиться, приехав на наш Восток.
А шах задумался. Очень задумался.
— У меня есть время подумать?
— Конечно! А я пришлю вам вскоре наши соображения в плане экономического развития, а также военных советников.
— Было бы любезно с вашей стороны, уважаемый секретарь.
— И вот еще что, — я с хитрецой в глазах придвинулся ближе. — Как вы смотрите на создание независимого Курдистана… на территории Ирака и Сирии.
Пехлеви не сразу соображает, затем его лицо теплеет. Я предлагаю ему сыграть ведущую роль в региональной политике. С помощью курдов мы можем здорово ослабить соперников. Правда, он не понимает, зачем мне это делать в Сирии. Зачем-зачем? Это будет такая заноза в жопе у турков! Правда, курдов и в Иране хватает. Но если появится независимый Курдистан, то им можно предоставить право уехать туда.
Но чем дальше, тем больше убеждаюсь, что Пехлеви слаб как лидер, И нам следует искать другого. Что-то уже устаю быть злым гением. Но никуда от этого не денешься.
Баку
Алиев привел во дворец тех, кого я просил. Главы неформальных кланов, духовные шейхи, просто уважаемые люди с влиянием на регионы Азербайджана. Генерал не подвел, и чистки в республике прошли самые жесткие. Он человек восточный, сантиментов не имеет. Наконец, местная элита дозрела для серьезного разговора, осознав, что дальше может быть хуже. Я, как настоящий хан, восседаю на подушках во главе стола. По местному обычаю сидим без обуви. Чай, сладости, фрукты. Внимательно оглядываю всех «взглядом тигра». Проняло бедолаг! Это здесь они хищники, для меня всего лишь мелкие шакалы. В таком положении дел явный минус СССР позднего разлива — Империя перестала показывать зубы и ломать хребты безродным шакалам с окраин. А потом ее уже не так боялись. «Узбекское дело» тому пример.
