Вильсон рассчитывал, что избежать этой опасности позволит ускорение экономического роста и дальнейшее укрепление плановых начал экономики. Был образован Национальный совет по развитию экономики. К 1965 году он подготовил пятилетний «Национальный экономический план». Подобный документ впервые приобрел силу закона. Он предусматривал рост производства на 4–5% в год. Большое значение придавалось поддержанию низкого уровня безработицы.
Манифест лейбористов «Время решений» обещал дальнейшие усилия правительства по наращиванию экономического роста, рационализации планирования, развитию транспортной инфраструктуры и жилищного фонда, системы образования и здравоохранения. Консервативная же партия в эти годы находилась на стадии глубокой организационной и идеологической перестройки. Премьер-министр как-то выступил с пафосной речью о грядущем экономическом чуде. Однако прогноз был явным преувеличением. Великобритания по-прежнему отставала от ведущих стран Запада по среднегодовому приросту ВВП. Доля ее в мировом промышленном производстве сократилась. Что еще более важно, экономически оправданная жесткость политики правительства Вильсона вызывала растущий социальный протест в стране. Так что проблем в прародительнице капитализма хватало.
— Мы слышали, что вы начинаете активно развивать газодобычу, и вам потребуются мощные двигатели для газоперекачивающих станций. Фирма «Роллс-Ройс» сможет вам им предложить.
Смутно припоминают подобный контракт, но он произошел позже и вопреки санкционному давлению заинтересованных кругов Запада СССР получил ограниченную партию двигателей «Коберр». В результате на трассе нашего газопровода было введено в строй четыре компрессорных цеха по семь ГПА «Коберра-182» с приводом от авиационного газогенератора «Avon-101» производства «Роллс-Ройс». Почему бы и нет? В ходе сотрудничества можно попросить лицензию и разрешение на производство. Видимо, у британцев все так плохо, что они готовы пойти на многое.
Поддакиваю:
— Вы правы, начинаем активные изыскания в Сибири. Пусть фирма пришлет в Москву своего представителя.
Вильсон подвигается ко мне ближе:
— Imperial Chemical Industries, наша крупнейшая химическая монополия готова построить в Советском Союзе менатоловые заводы. Есть деловые предложения по предприятию с производством полиэтилена.
Стараюсь не выдать своего удивления. Эти проныры узнали о том, что мы начали резко развивать химическую промышленность и спешат урвать свой кусок рынка. Быстро думаю. А почему бы и нет? Вектор развития должен быть разносторонним. Самым лучшим компаньоном, как и в том мире в этой сфере стала бы Америка. Там один «Дюпон» решил бы многие наши проблемы. Но тогда мы должны пойти на сделку, потенциально нам невыгодную. Что точно подвигло Брежнева в том времени на так называемую «политику Разрядки», я не знаю. Могу лишь догадываться. Но отставание в такой важной отрасли, как химическая, смертельно опасно. И нам чрезвычайно необходим колоссальный рывок. Пластик для труб, для жилищного строительства, оборонной промышленности, пищевой, бытовой. Огромный куст народного хозяйства. И удобрения! Без них никуда.
— Сразу после прилета в Москву я пришлю к вам заместителя председателя Мазурова.
Премьер довольно улыбается. Вот в чем легкость разрешения приема у королевы и быстрого согласования приезда в Великобританию. Не отнимешь у капиталистов умения считать деньги. Здесь же вдобавок тонкая политика. Британцы лишились своего протеже Хрущева. Из их кодлы я много кого уже вышвырнул из политики. И сейчас они подбивают ко мне клинья.
«Черт!»
Меня чуть не пробило холодным потом. Не для компромата ли они мне предлагали королеву. Та могла быть и не в курсе, или наоборот? Делала мне глазки, чтобы затащить в постель. А потом бы я в Кремле рассматривал фотографии со своей голой задницей на королеве. Но какова Лизонька! Ничего святого. Коронованная особа под выходцем из простонародья! Брежнев потомок Рюриковичей! Хотя, если вспомнить, как их династия поступила с родственниками Романовыми, кинув тех на произвол судьбы, то и удивляться не стоит. Как бы подкузьмить Лизе в Питере?
Вильсон на правах хозяина подзывает обслугу. В его глазах победная улыбка.
— Леонид, согласитесь выпить со мной скотча?
Расплываюсь во все тридцать три:
— Почему бы и нет? Ваш Черчилль любил армянский коньяк, а я предпочитаю шотландский односолодовый.
Брови Вильсона невольно идут вверх. Советский Генсек разбирается в виски? Хм, еще бы! Мы в конце девяностых специально летали в Эдинбург на дегустации. Изучали мир по бутылкам. Было временами забавно.
Информация к размышлению:
Н. С. Хрущев. Визит в Великобританию
