Павел причесал рукой блондинистые лохмы на голове и двинулся в комнаты.
— Здесь дочкина комната, она уже старшеклассница. Тут больше солнца, ей надо много заниматься. В следующем году экзамены. Там мы сыну выделили место, поменьше, да он пацан, вечно занят и дома не бывает. Тут мы расположились.
— Шикарно! А как так случилось, что все теперь ваше?
В комнату заглянула хозяйка. Она уже успела переодеться в легкое платье и даже немного причесалась. Каштановые волосы блестящей волной легли на спину, Павел невольно залюбовался. Все-таки женщины в городах выглядят намного лучше и ценят себя больше.
— Николай у нас нынче начальник лаборатории! А ученых людей ценить начали, вот по случаю и дали метры на каждого. Новое постановление правительства недавно вышло.
Родственник лишь покачал головой:
— Я и не знал.
— Чего стоим? Пойдем чай пить, раз такое дело.
Павел восхитился размером кухни и высоким потолком, восхищенно осматриваясь по сторонам, а его старший брат задумчиво почесал подбородок:
— Зиночка, какой чай? Пятница все-таки, давай я в магазин сгоняю. Тебе чего-нибудь взять?
Женщина захохотала:
— Дожили, спиртного дома нет! Коля же почти не пьет, да и я не любительница. Мне на работе веселья хватает. Я же в Москонцерте тружусь. Артисты, певцы, и всем подавай лучшие площадки.
Павел внезапно засмущался:
— Тогда, может, и не надо?
— Надо, брат! Когда вместе сидели! Я быстро. Тут рядом хороший магазин Потребкооперация открыла. Там все есть.
Он вернулся на кухню уже в штанах и рубашке, взял с полки авоську и вопросительно глянул на жену.
— Мне сухого белого. Булку и Бородинского вам наутро еще возьми. К нему масла и сыра. Все запомнил?
— Обижаешь, Зиночка!
Вскоре послышался шум захлопнувшейся двери, а Павел стукнул себя по лбу.
— Я же с деревни вам гостинцы привез!
Зина загнала деверя в ванну и по-хозяйски оглядела заставленный деревенской снедью стол. По летней жаре много не увезешь, но сало и копченое мясо доехало без проблем, источая неимоверный аромат.
— Что стоим, дорогая!
Хозяйка была старой послевоенной закалки, хватила лиха в те годы, потому сноровисто достала из ящика недавно купленную молодую картошку и поставила ее в кастрюле на плиту. Затем занялась салатом. Привезенные с деревни помидоры нарезала отдельно. Грех такую красоту в салат переводить, туда и огурцов хватит. Когда посвежевший Павел вышел на кухню, послышался звук открываемого замка и на пороге появился Николай, гордо несший полную авоську. Покупки советского человека благодаря ей были прозрачными. Каждый мог видеть потенциальный доход гражданина и его способности достать или успеть добыть в очереди.
Гость присел на табурет возле окна, чтобы не мешать, закурил и с интересом разглядывал стол. Под расстёгнутой свежей рубашкой виднелась морская тельняшка.
— Хорошо у вас! Топить не надо, сразу вода горячая льется. У нас на корабле был лимит, особо не размоешься.
— Газ, — коротко ответил хозяин и начал доставать продукты. Сыр и сливочное масло, завернутые в серую бумагу, он тут же отправил в холодильник. Майонез, хлеб и две бутылки поставил на стол.
— Шикарно живешь, братан!
Павел тут же оценил пятизвездочный напиток, разглядывая бутылку в руке.
— Могу себе позволить. На днях премию за тот квартал выдали. Мы наше изобретение на заводе, что в Дубне находится, внедряли. Пришлось повозиться. Зато вот, теперь можем и выпить.
— Мальчики, все готово, садитесь за стол. Коля, иди руки мой.
Павел с интересом попробовал салат с огурцом, кукурузой, травой и чем-то неуловимо морским. Зина с улыбкой глядела на него:
— Не угадал?
Парень прожевал еще один кусок и с сомнением произнес:
— Вроде бы рыба, но как будто перемолотая в фарш.
— Эх, ты, а еще моряк!
— Так не рыбак же!
Зина пояснила:
— Недавно в наш «Океан» начали завозить. Называется «Крабовые палочки», но делают из рыбы тресковых пород. Народ еще не распробовал, но меня коллега научила такой салат готовить. Быстро и вкусно.
— Точно вкусно!
Николай разлил коньяк по маленьким стопкам, а жене вино в высокий бокал.
— Давайте за встречу! И, Паша, ты не рассказал, куда и зачем?
Гость выпил, закусил и блаженно выдохнул:
— Все, свалил из колхоза. Я к вам по пути заскочил, на север двигаюсь.
— Да ну?
— Так не только тебе в большие люди выбиваться, брательник.
— Завербовался?
— Обижаешь, я же моряк, по котловым установкам соображаю, вот и берут мотористом в торговый флот. Разрешения долго ждал, потому что заграницу ходить буду. Сам понимаешь, его быстро не дают.
Хозяева дружно выдохнули. Николай лихо щелкнул пальцами и обновил посуду.
— За это точно надо выпить! Паша! В нашей семье первый настоящий моряк! Кто бы мог подумать?
— Что я зря на флоте служил четыре года?
— Ты в Мурманск едешь? Вроде рядом.
— Нет, в Архангельск. А служил там неподалеку в Северодвинской флотилии. В Североморске у нас учебка была.
Зина махнула рукой:
— Запуталась я, север и север. Холодно же?
— Ничего, прорвемся! Пароходство развивается, народ очень нужен. Гребут всех, кого можно. У меня там приятель сказывает, что большой заказ на суда в Финляндии и Польше сделан.
