Андрей благоразумно не стал спрашивать, что это такое. Узнает, когда потребуется. Между тем, они подошли к большой палатке. Вход в нее шел через тамбур. Так делалось, чтобы пыль не заносить.
— Это расположение моего первого взвода. Занимай свободную койку. Сейчас парни с занятий придут, покажут, где столовая. Завтра поставлю тебя на отделение.
Белозерцев осмотрел палатку. Ничего нового для него, разве что палатка больше и раскладушки лучше сделаны. Небось импорт! Он кинул на свободную койку сумку, ранец и оглянулся в поисках бака с водой. Тот стоял в углу вместе с кружкой. Вода была теплой и отдавала железистым привкусом. Жарко, однако! Если тут так в октябре, то что творится летом? Затем Андрей прикинул, что он тут до апреля, и успокоился. Он вынул из сумки прихваченное с собой полотенце и двинулся к душу. Вода была теплой, банное мыло лежало свободно. Только вернулся, как послышался шум и в палатку стали входить солдаты. Приняли его хорошо, затем появился знакомый старшина со странными топырящимся усами. Он кивнул в сторону открытой тумбочки. Перед вылетом Белозерцев получил вещевое довольствие и сейчас раскладывал там мыльно-рыльные и личные вещи.
— Викинг? Гляжу, обустраиваешься. Я в соседней палатке, замкомвзвода и временно командую первым отделением. Позывной Усик. Тут второе и отделение огневого усиления. Ими командовать и будешь. Сейчас выводи своих в столовую на ужин. Потом свободное время. Кина сегодня не привезли, ребята! — народ загудел, но быстро успокоился. — Викинг, подъем в шесть, как обычно. Тебе покажут, где мы проводим зарядку. Потом завтрак, развод. Завтра по плану стрельбы. Там и получишь оружие. Воды и сока побольше на полигон захватите. Жару опять обещают. Но все равно это лучше, чем застава на Вайгаче.
Особо никого строить было не надо. Бойцы опытные, сами вышли и выстроились в колонну по двое. Столовая оказалась метрах в трехстах, общая с югославами и болгарами. Всего в их команду было пятнадцать человек, всем парням за двадцать, одному даже почти тридцать. Вернулся на службу с гражданки. Андрею было непривычно командовать людьми более опытными, но он понимал, что это временно и пока впитывал всеми порами окружающую экзотику.
Солнце заходило в шесть вечера, поэтому было уже темно, под потолком висела гирлянда лампочек. Сидевшие за длинными столами бойцы перекидывались другом с другом новостями. Слышались незнакомые, но отчасти понятные слова чужих славянских языков. Но советскому человеку многонациональность не внове. Больше удивляли неформальность и неофициальность общения. Видимо, боевое братство скрепляет лучше политических речей.
Еду набирали сами на раздаче, как в гражданской столовой. На ней работали смуглые и черноволосые ребята. Кто-то из отделения пояснил, что это греки. На выбор было много свежих и тушеных овощей, жареная курица, котлеты, фрикадельки в томатном соусе, рыба. У Белозерцева поначалу глаза разбежались, но затем он выбрал привычное: котлеты и рис, добавив зелени и помидоров. Очень уж последние любил.
— Возьми еще арбуз. Они тут вкусные!
И в самом деле в конце были разложены фрукты. Некоторые Андрей видел в первый раз и рисковать не стал.
— У вас, как в ресторане кормят.
— Наваливай, сержант. За все заплачено!
После сытного ужина новичка вводили в курс здешних дел. Что с кем и как. Жилистый сержант, киргиз с позывным «Орды» посоветовал:
— Тельник сними, видать его издалека. Уставную майку надевай.
— Но как же?
— На параде.
— Тут многое не так, старшой. Нас держись, пообвыкнешь, чай не салага. Сами такие же были недавно.
— Ничего, один рейд и пообтесается. Это не Союза, Викинг, здесь многое не так.
Под сочный арбуз и восхитительные персики Андрей окончательно переполнился впечатлениями и моментально уснул.
А вот побудка в этот раз вышла крайне неординарной.
— Рота, подъем! Полная боевая! На выход быстро!
Было еще темно, но снаружи умные люди уже включили прожектора, и через открытый полог внутрь палатки попадал свет. Да и кто-то догадался зажечь фонарь, что висел наверху. Нежданная суета не мешала всем споро одеваться. Белозерцев еще с вечера достал полевой комплект, почистил ботинки, приготовил ранец, да и побудка по тревоге для него не было делом необычным. Вспомнив, что он тут еще и командир, старший сержант зычно прокричал:
— Строимся на выходе!
Рядом послышался негромкий голос «Орды».
— Лишнее это, старшой. Сразу в оружейку и к машинам на площадку.
— Добро!
Только сейчас Белозерцев вспомнил, что еще не получил штатное оружие, да и, вообще, еще не принят на полное довольствие. Прибыли они вчера с опозданием, оставив формальности на сегодня. Именно «сегодня» и вовсе стало не до этого. Выскочив наружу, старший сержант старался держаться своих. Бойцы шустро забегали в дежурку, где в пирамидах стояло их оружие, и выбегали наружу, стараясь по пути пристроить амуницию.
— Молот, выдай Викингу дежурное, своего еще не получил.
— Кисель, ты меня когда-нибудь в могилу сведешь!
— Я же не виноват, что нас дернули именно сейчас!
