Андропов, осторожно посматривая на военных, нервно роняет:
— Мы пока изучаем ситуацию.
«Изучай, милок, пока мы туда влезаем».
Я повернулся к Захарову:
— Матвей Васильевич, что у вас есть по интересующему нас вопросу? Насколько масштабно планируют американцы свои действия во Вьетнаме?
Я не ошибся, хоть у генерала и было мало времени, но он пришел подготовленным. Или следил за ситуацией и был в курсе событий.
— Северный Вьетнам вторгся в Лаос еще в 1958 году для поддержки повстанцев, проложив затем вдоль границы Тропу Хо Ши Мина для снабжения и усиления Вьетконга. К 1963 году северовьетнамцы отправили до 40 тысяч солдат воевать на юг, постоянно наращивая военную помощь. Американцы уже держат в Южном Вьетнаме более двадцати тысяч своих военнослужащих. Ситуация постоянно обостряется. В ночь с 6 на 7 февраля 1965 силы Национального фронта освобождения Южного Вьетнама атаковали американский аэродром под Плейку и расположенную в семи километрах от него вертолётную базу в Кэмп-Холлоуэй. 137 американцев получили ранения, девять погибли, было также выведено из строя и уничтожено шестнадцать вертолётов и повреждено шесть самолётов 10 февраля НФОЮВ атаковали места расквартирования сержантского состава США в Куи-Нгоне, убив 23 и ранив 21 военнослужащего. В прошлом году 24 декабря был разрушен вечером взрывом отель «Brinks». При взрыве погибли офицер и сержант, а также были ранены около 60 человек, в том числе и мирные жители. Американцы в ответ начали воздушную операцию под кодовым «Пылающее копьё». В ходе двух налётов американская и южновьетнамская авиация нанесла удары по военным объектам на юге Северного Вьетнама в районе Донгхоя.
Присутствующие замерли в напряжении, явно что-то подозревая. Косыгин странно на меня посматривает. Это и понятно. С чего бы это я озаботился далеким Вьетнамом? Они еще ни черта не понимают в набирающем силу конфликте. Ничего, стану для всех провидцем. Внимательно рассматриваю начальника Генштаба:
— Считаете, что американцы продолжат бомбардировки Северного Вьетнама?
— Учитывая имеющийся у них опыт, будет широко использован F-4 Phantom, новейший тактический истребитель. По некоторым данным он уже поступил на вооружение Корпуса морской пехоты в качестве самолёта наземной поддержки. И если данные о высадке морпехов во Вьетнаме не дезинформация, то налицо резкая эскалация. Американцы поставили на силовое решение конфликта. А для этого потребуется много войск и авиационной поддержки. Без последней их морпехи не смогут ничего. У северовьетнамцев огромный боевой опыт.
Молодец! Рано Захарова выводить за скобки. Припоминаю, что с января 1949 года он был заместителем начальника Генерального штаба по разведке, начальником Главного разведывательного управления Генерального штаба. Вот что там про него говорили в воспоминаниях:
«На самом деле это был потрясающе эрудированный и всесторонне образованный военачальник. К тому же он обладал уникальным природным даром, скорее даже талантом, — быстрочтения. Захаров внимательно изучал все военно-теоретические журналы, книги, сборники по военной тематике. Стол его всегда был завален литературой, генерал следил за всеми новинками военной мысли».
Не сделать ли его моим военным советником? Надо подумать. Сначала решить с министром обороны. Пробить генеральское лобби будет непросто.
Неспешно рассматриваю сидящих за столом и твердым голосом заявляю:
— Есть мнение, что надо помочь нашим северовьетнамским товарищам в отражении агрессии американских империалистов. Раз Китай остается в стороне, то руку помощи должны протянуть мы. Как считаете, товарищи?
Косыгин осторожно роняет:
— Этим мы обострим отношения с США.
Машу рукой. Я не Хрущев, что после Карибского кризиса боялся каждого шороха. Я точно знаю, что в этом жарком местечке мы «уважаемых партнеров» здорово прищучим. В мире прежде всего ценят силу. Это показало наше будущее!
— Они у нас и так не ахти. Побьем их там и начнем с чистого листа. А пока идет война нам все равно не с руки о чем-либо договариваться с агрессором. Не так ли, товарищи?
Захаров и Устинов со мной согласны. На то они и вояки. Андропов невозмутимо поблёскивает очками, что-то явно почуяв. Хрен тебе «Ювелир», а не КГБ! Вообще, в твоей паскудной роли строителя будущего писеца неплохо бы разобраться. И лучше в кровавых застенках. Но пока у меня их нет. Я вообще человек миролюбивый, но насчет некоторых лиц в верхушке Советского Союза имеется один пунктик. Своей смертью они точно не умрут. Так что мы заведующего Отделом ЦК КПСС по связям с коммунистическими и рабочими партиями социалистических стран используем иначе. Я уже заметил, что временами гашу в себе чужой гнев. Как будто реципиент во мне негодует, получив страшные знания из будущего. И куда только делся наш добродушный дедушка?
