Сейчас я готова была вспорхнуть по ступеням как птичка, но Мориса мучила одышка, на висках выступили здоровенные капли пота.
— Погоди-погоди, Ориелла, — бормотал он. — Не выставляй меня в дурном свете. Какой недоразвитый малый проектировал это здание? Неужели нельзя было построить здесь лифт?!
«Это всего лишь лестница, Морис, и она совсем не большая. Два пролёта. Я говорила, что столько жирного не переварить даже чистокровному цваргу, рано или поздно начнёт сказываться на здоровье».
— Здравствуйте. Чем Первый Банк Цварга может вам помочь? Вы уже являетесь нашими клиентами или только хотите открыть счёт? — Голос менеджера заставил сосредоточить внимание на нём.
Очевидно, сотрудник был новым, раз ещё не знал нас в лицо.
— Мы хотели бы распорядиться ежемесячной дотацией от правительства на детей. — Морис гордо приосанился и выдал стандартную, до крайности неприличную, но почему-то считающуюся им глубоко интеллектуальной шутку: — Я заделал ей двойню с первого раза. Аппарат Управления Планетой официально признал, что у меня одни из лучших живчиков, и теперь платит за это.
Я вздрогнула на слове «заделал» и бросила на менеджера извиняющийся взгляд, он понимающе кивнул и вежливо улыбнулся. С точки зрения Цварга, беременность в течение года после свадьбы — это действительно «с первого раза».
— Так, господин… как к вам можно обращаться?
— Господин Морис Мэрриш, — важно кивнул супруг. — А это моя супруга, Ориeлла Мэрриш.
Вообще-то Oрианн. Морис украл не только мою фамилию, но и имя. Убедил, что имя звучит слишком по-эльтонийски, а так как со своей внешностью я могу претендовать на то, чтобы считаться чистокровной цваргиней, да и выхожу за него замуж, имеет смысл переделать имя и указать в новых документах более благозвучное и цваргское… Тогда я искренне думала, что он таким образом проявляет обо мне заботу.
— …Нам полагается четыреста кредитов от АУЦ.
— Да-да, секунду, сейчас проверю по базе.
Менеджер провёл нас в индивидуальный кабинет-аквариум с прозрачными стенками и быстро набрал на клавиатуре нужный запрос. Пока он занимался работой, я рассматривала плитку на полу и клиентов в других кабинках. Мужчин, как обычно для Цварга, оказалось существенно больше, чем женщин, большинство надело лёгкие льняные костюмы или вовсе потёртые джинсы с футболками; цваргини предпочли яркие платья. Ни одна из них не стала повязывать на шею шарф или платок. Я с завистью посмотрела на молодую цваргиню в лёгком клетчатом сарафане по колено. Её мужчина положил руку ей на талию и незаметно поглаживал спину, пока она шумно общалась с менеджером.
Какое же жаркое лето в этом году!
— Итак, господин Мэрриш, прежде чем переходить к вопросу о распределении ежемесячного родительского капитала, я вижу, что ваш предыдущий менеджер почему-то не заполнил поле работы. Подскажите, кем работает ваша супруга?
— Пф-ф-ф, никем, разумеется! Вы что, собираетесь унизить меня, будто я не могу содержать собственную семью?! Я буду жаловаться вашему руководству!
— Нет-нет-нет, вы не так поняли! — Сотрудник слегка побледнел. — Замужние цваргини имеют право заниматься всем, чем хотят… Многие начинают собственный бизнес, потому что им это нравится. Вас никто ни в коем случае не унижает… Это же просто анкета! Банк хочет знать максимально полную информацию о клиентах, вот и всё.
— Ах, ну если так… — Морис заметно расслабился. — Нет, Ориелла не работает. Она большую часть дня отдыхает.
«Только убираю, готовлю, глажу, стираю, заказываю еду и одежду, помогаю детям делать уроки, гуляю с ними и читаю сказки на ночь… Но да, денег в семью я не приношу», — горько подумала про себя.
Менеджер сделал пометку в компьютере.
— А вы кем работаете?
— Я — специалист по логистическим операциям.
— Простите… а какая фирма?
— Я работаю исключительно на себя.
— А, то есть вы консультируете малый бизнес, как правильно перевозить товар? Межпланетные перелёты?
— Не совсем, я работаю с людьми в рамках планеты…
Я тихо вздохнула, в тысячный раз слушая, как Морис иносказательно объясняет, чем занимается. С тех пор как у нас родились близнецы, он не менял профессию, но по необъяснимым для меня причинам стал её стыдиться. Статус отца настолько ударил ему в голову, что вдруг стало неловко произносить слово «шофёр». На Цварге царила настоящая катастрофа с рождаемостью и перекосом в сторону мужчин, но я и представить не могла, что Морис вдруг застесняется прежней двухкомнатной квартирки в городе, оформит неподъёмную ипотеку на трёхэтажное поместье в предгорье, начнёт покупать дорогостоящие костюмы и всячески делать вид, что мы баснословно богаты, когда это не так.
— Итак, когда с этим покончили, господин Мэрриш, как бы вы хотели распределить четыреста кредитов от государства? Я вижу, что вам в этом месяце надо внести ещё двести на дом, а также есть незакрытые кредиты в магазине элитных костюмов от Каррисона и частном ювелирном.
