Фан Линь был не уверен, насколько сильна была Цинь Жуа, но даже самый нижний возможный предел её культивации был примерно на Восьмой руне. Что и следовало ожидать от семейства Тан, — в любом другом клане Восьмой руны хватило бы, чтобы получить важную управляющую должность, но женщина была всего лишь служанкой.
— Нет, я оставила на юной госпоже жучок, — ответила Цинь Жуа.
— Ха, я не заметил.
— Разумеется, если бы ты его «заметил» мне бы пришлось тебя убить за то, что ты наложил руки на юную госпожу
— Спасибо за пищу для воображения, но я не педофил.
— В таком случае замечу, что я тоже не страдаю геронтофилией.
— Ауч. Как больно. Ты меня ранила в самое сердце, девочка.
— Дыши глубже, а не то у тебя может случится инфаркт, старичок, и мне придётся делать искусственное дыхание.
— Это предложение?
— Нет… Конечно, — улыбнулась Цинь Жуа. Фан Линь тоже усмехнулся, и некоторое время мужчина просто смотрел на пирс, наблюдая, как меняет свой цвет небо на закате, в то время как женщина думала о чём-то и разглядывала его лицо.
— Её кто-то преследует… — вдруг сказал Фан Линь, вспоминая странное создание:
— В чёрном, лицо бледное, странная структура тела… Ничего не напоминает?
— Ты позвал меня говорить по делам?
— Нет, — качнул головой Фан Линь: — Но пытаться соблазнить тебя трезвую я не потяну, вот и убиваю время, пока не принесут напитки.
— В таком случае время вышло, — ответила женщина, и сразу показался официант с подносом. Он поставил напротив женщины бокал, а потом целую бутылку дорого вина, напротив Фан Линь — стакан и баночку пива. Рисового и безалкогольного.
— Хочешь напоить девушку, а сам остаться трезвым?.. — поинтересовалась Цинь Жуа.
— Думаю бросить. — Фан Линь пожал плечами. — Я не уверен.
— Что сможешь завязать?
— Что хочу завязывать, — ответил мужчина, наливая в свой стакан. — Это решение было спонтанным.
Он сделал несколько глотков и поморщился. Потом мужчина поёжился, когда с моря подул солоноватый и прохладный ветерок. Уже темнело, и вдоль ограждения набережной зажигались белые фонарики.
— Юная госпожа может замёрзнуть, — сказала Цинь Жуа, покручивая между своими тонкими пальцами с матовыми-жёлтыми ногтями бокал за ножку.
— Уже хочешь сбежать от меня? С ней всё будет в порядке. Уже взрослая, дорогу назад она найдёт. К тому же она уже почти на Первой руне.
— Уже? — впервые искренне удивилась Цинь Жуа. Потом сказала: — Как быстро. Госпоже не занимать таланта.
— И ещё у неё хороший учитель.
— Действительно, хороший, — кивнула женщина и задумчиво подпирая голову кистью взглянула в свой бокал.
— …Юная госпожа была в отчаянии, — вдруг сказала Цинь Жуа.
— В отчаянии?
— Да; она всегда была скромным и неловким ребёнком. Сидела в тени, вдали от других… То, что она решилась на побег, меня немного шокировало.
— Даже так, — кивнул Фан Линь. — Ну и славно, а я уже боялся, что она всегда такая бешеная… Так мы теперь о ней говорим? Кто там не хотел про работу?
— Просто убиваю время, — вину нужно подышать… Хм, — женщина прислонила бокал к своим губам и сделало один глоток, после чего снова медленно поставила его на стол.
— Всё; теперь можешь пытаться затащить меня в постель.
— А у меня есть шансы? — спросил Фан Линь и вложил руки в карманы.
— Вполне.
— Правда?
— Да. Я могу согласиться из жалости.
— Даже так?
— Тебя ждёт прискорбная кончина; скоро прибудут мои работодатели. Они попробуют вернуть девочку, и разумеется попутно они закончат начатое с тобой дело. Тебе понравился вкус песка? Вы можете попытаться сбежать с юной госпожой, но все рейсы с луны уже заблокированы и отслеживаются. Вам отсюда не уйти. Разумеется, ты можешь убежать только сам, не брать юную госпожу, но тогда…
— Могу, да. Но что? — спросил Фан Линь и вложил руки в карманы.
— Но если ты её бросишь, у меня больше не будет причин тебя отпускать. За твою голову назначена награда… Я собственными руками вырву твоё сердце.
— Зачем утруждаться? — вскинул бровь Фан Линь. — Оно уже в твоих руках.
— Ох… — женщина улыбнулась.
— В таком случае я желаю знать ответ, хочешь ли ты, чтобы оно прямо сейчас затихло в моих руках?
— Или?
— Мы можем вернуться в номер. Уединиться на пару часов. А потом ты всё равно умрёшь.
— Но это будет из жалости.
— Именно, — кивнула Цинь Жуа.
— Если бы твой план сработал, и вы с юной госпожой смогли бы сбежать, я бы, возможно, пустилась в бега вместе с вами. Но раз он провалился, я даю тебе следующий выбор: мы можем вместе дождаться прибытия моих почтенных работодателей, которые обязательно убьют тебя наиболее мучительным способом; либо ты можешь попытаться сбежать, и тогда я сама тебя убью; либо ты можешь согласиться остаться, мы можем пойти в номер, и на следующее утро я задушу тебя в постели, пока ты спишь. Безболезненно. За твоё убийство, убийство похитителя юной госпожи, мне дадут премию.
— Какое заманчивое предложение, — Фан Линь откинулся на спинку своего стула и улыбнулся:
— Никто ещё не предлагал сначала перепасть со мной из жалости, а потом убить.
— Я предлагаю тебе лёгкую смерть. Ты согласен? — спокойно спросила Цинь Жуа.
