И так, длинный рейс без технички с умелыми механиками и набором запчастей, из которых можно собрать ещё две машины в полевых условиях. Примерно как полёт на Луну, потому что по пути не будет ни единого автосервиса, готового распахнуть гаражные ворота помощи. Да, с СТО и запчастями лучше, чем в моей прежней молодости, но куда хуже, чем в капиталистической России. А казалось бы — машины только «москвичи» и «жигули» да небольшая неприятная примесь «запорожцев», тех латают исключительно по гаражам и часто. «Волги» лечатся по автобазам организаций, у частников в распоряжении — единицы. Так что «специализированный» автосервис, окучивающий «москвичи» и «жигули», закроет все вопросы, но мастерских всё равно не достаёт, на ремонт и обслуживание извольте записываться, об оперативной помощи на дороге… нет, даже не слышали.
Поэтому «лунный корабль» готовил тщательно. Прикрутил глушитель, сильно переварив и изменив ему геометрию труб. Зашил листом фанеры бывшую подмоторную нишу впереди, укрыл коробом мотор. Собрал вторую точно такую же коробку. В случае проблем поменяю её сам и менее чем за час, достаточно открыть багажник — к ней доступ полный, как в лимузине ЗАЗ-968.
Две запаски и две камеры отправились в салон позади водительского кресла. Два домкрата, полный ремкомплект обеих подвесок и… и ещё длинный список запчастей, такой выбор имеется далеко не в каждом автомагазине, некоторые позиции остаются дефицитными. Свежее масло, фильтры, новые свечи. Не подведи!
В качестве финального штриха на светло-сером боку «копейки» нанёс крупные надписи «АвтоВАЗ» и «Автоэкспорт» — синие на белом фоне, ниже на дверце «испытания». Лиза спёрла из бухгалтерии чистый бланк с печатью и выписала себе липовую командировку, оправдывающую нахождение внутри моей «Антилопы Гну». Когда обдумывали график и намеревались обзванивать гостиницы насчёт брони, летом — сложное дело, моя поинтересовалась:
— Поедем через Муром или через Горький?
— О, моя штурман географию знает?
Маршрут прокладывали, сидя на диване у меня… только никаких пошлых намёков, мы занимались делом, а не беспутством. На коленях лежал раскрытый атлас автодорог СССР, где были обозначены обе дороги, поэтому подколка получилась слишком очевидной, Лизетта ущипнула меня, потом повторила вопрос.
— Через Нижн… Через Горький, конечно. Оттуда дорога на Москву лучше.
— Ты хотел сказать — через Нижний Новгород? Бабушка и дедушка его так называли. Нижегородцы. Думала, мало кто помнит его название.
— Договоримся на компромисс: Нижний Горький. Горький снизу до пояса. Хочешь заехать? Но не со мной же.
— Папа поймёт. А мама без обиняков спросит: твой трахаль?
— Ответь, что быть «трахалем» не является единственной обязанностью мужчины при женщине, возможно даже — не основной.
— Ты мне это объясняешь? Ей объясни. А, бесполезно. Не только не венчанные, но даже в ЗАГСе не расписанные, Содом и Гоморра.
— Содом — это если бы я любил тебя-мальчика. Поскольку ты девочка…
— То просто — вавилонская блудница.
— Папа работает?
— Да. На автобазе начальником колонны.
У меня вызрел план.
— Выезжаем в ночь, прибудем в Нижний утром. Заранее вызвони отца, встретимся втроём. Позавтракаем. Если увидит, что я не похож на Берию, быть может, найдёт слова для мамы.
— Найдёт. Но она их не послушает.
Выехали в ночь на 21 июля, это понедельник. Перебрались на западный берег по плотине ГЭС, далее к Сызрани и направо к Ульяновску. Дорога вдоль Волги пустынна, встречные редкие. Дополнительные фары нашей машины разгоняли темноту как зенитные прожектора, в них вкрутил импортные лампочки неизвестной мне мощности, специально для ралли, на каждую стоит предохранитель на 20 ампер, более слабые вылетают. Выключал их загодя — если такими ослепить, бедняга будет видеть зайчиков до утра.
Лизка, призванная развлекать меня разговорами и не давать уснуть, часа через три сопела в обе дырки, и кассетник не включишь — жалко будить. Но поскольку опыт ночной езды на многодневках имелся, то бросок Тольятти-Горький, даже по далёким от совершенства советским дорогам, для меня был не особо в напряг. Скорость большую не держал, 90% внимания — не попасть колесом в яму в асфальте, они не редкость. Конечно, и погнутый диск отрихтую, и шаровую поменяю, если что, но зачем? Привычка беречь машину, даже если это казённая и архаичная «копейка», давно зашла в кровь.
Перед рассветом меня остановил рыцарь полосатого жезла, очевидно, привлечённый особо ярким светом, пожилой усатый старшина. Вышел, сунул ему водительское, техпаспорт, путевой лист.
— Почему нарушаем, гражданин Брунов? Фары-то у вас не заводские. Могут ослепить встречного.
— Как раз самые что ни на есть заводские, экспериментальные. Видите — машина на испытаниях.
— Ноль-первая? Старая же модель!
— Испытываются новые космические технологии. В привычном понимании двигатель отсутствует, моторчики установлены непосредственно в колёсах.
— Брешешь!
— Сейчас покажу.
Я сунулся в салон и потянул ручку открытия капота. Изумлённому взгляду ГАИшника предстало пустое пространство с двумя лизкиными чемоданами.
— Во до чего наука дошла…
