Вообще, история с покрышками… В реальности на моей «копейке» стоит классная резина GoodYear 2024 года, прежний владелец её поставил, наверно, перед самым приездом в наш автосервис. Уверен, никто здесь не примет цифры 2024 за год выпуска колёс. Те четыре, что прихватил со своего балкона, элементарно списал на износ на тренировках. Не совсем честно, но так принято и считается в порядке вещей.
Иван перепугался. Договорились, что он всё валит на меня — я с кем-то договаривался в Польше, сам отдавал колёса, штурман даже не вылезал из салона, что не противоречило истине. Потом он попросился:
— Слышал, у вас 1 декабря запуск серийного производства. Переведи меня на легковые!
— Кем?
— Ну, у вас же должно быть как на АвтоВАЗе в миниатюре — экспериментально-испытательный цех, лаборатория материалов и качества.
— Естественно. Разрешено увеличить штат.
— Хочу испытывать легковые. Возьмёшь меня в испытательный?
— Пока это только участок, не цех, масштабы не те… Да и вообще, я типа главный только по проектным работам, по производству…
— Знаю, приступит Сидоров из Москвы. Но замолвить можешь?
— Хорошо. Коль положительный результат — с тебя причитается.
— Конечно! — Ваня расцвёл. — Грузовики я тоже люблю. Но легковые — тонкая работа. Аккуратная, ювелирная.
— Кстати… МАЗ ты хорошо водишь?
— Не хуже испытателей. А что?
— Понимаешь, беда, на фоне жигулёвских ралли, в индивидуалке успешных, с меня не слезают — давай заводскую трак-команду. Похоже, зимой придётся ехать на стажировку — на ГАЗ или ЗИЛ. Считай, ты в деле.
— Эх… Если нужно…
Энтузиазмом он не горел ничуть.
Запуск серийного производства, приближавшийся неумолимо, был моей головной болью с точки зрения контроля качества. На ВАЗе, выпускающем продукцию в основном на внутренний рынок, и то дела обстояли лучше, на Ижмаше неплохо. Здесь люди привыкли к грузовикам. Если по расчётам нужен болт М20, а каждый десятый имеет скрытые недостатки из-за дефектов исходного прутка, конструкторы завода меняют документацию и ставят болт М24, авось выдержит, и это себя оправдывает.
С легковыми так не катит, учитывается каждый десяток грамм, они складываются в десятки килограмм. А каждые 10 кг — это один процент массы пустого автомобиля. Собирая машины на гонку, я носил на рентген болты, шаровые опоры, рулевые тяги, задние рычаги и многое-многое другое, поэтому был уверен: даже после выполнения «прыжок-трамплин» они не треснут из-за внутренних каверн. Вряд ли обычный «жигуль» для поездок в булочную подвергнется подобным каверзам судьбы, но хорошо помню проблему ранних «восьмёрок» с обрывом задней балки. Кому не повезло, она отлетала на скорости вместе с задними колёсами. Причём у ВАЗ-2108 двухконтурная система тормозов диагональная — переднее правое связано с задним левым колесом, а переднее левое с задним правым. То есть улетевшая за корму балка с колёсами уносила с собой все тормоза с оборванными шлангами и тросом стояночного, «восьмёрка» продолжала движение, высекая днищем искры из асфальта. Картина маслом!
Печальный опыт 2108-ых «спутников», прогрессивных по идеологии после «классики», но сырых как напитанная водой губка, вообще весьма поучителен. Грубая, очевидная и непростительная ошибка конструкторов, к примеру, это крепление кронштейна передней растяжки к кузову таким образом, что кронштейн никак не защищён от случайных ударов, а он достаточно хрупкий. Когда колесо попадает в яму на асфальте, причём на российских дорогах найти место без ям не всегда удаётся даже в 2020-х годах, нос кидает вниз, и передок бьётся о противоположный край ямы как раз кронштейном. Даже при парковке к бордюру, ведь наши бордюры по высоте заточены на парковку тракторов, этот кронштейн запросто снести. Как результат — колесо безвольно уходит назад, свободно болтаясь на рычаге, стабилизаторе и стойке, без погрузки на буксир хотя бы передка машину до сервиса не дотащить, если при себе нет запасного кронштейна и инструментов. Естественно, мои знакомые раллисты немедленно выбрасывали эту адскую жигулёвскую лабуду и ставили нормальные рычаги, в простонародье именуемые «треуголками».
В «березине» я сохранил трапециевидные передние рычаги от «классики», на порядок более надёжные. Система зажигания пока прежняя, с высоковольтным распределителем, потому что современные массовые технологии СССР не способны дать дешёвое и надёжное транзисторное зажигание. В Советском Союзе моей прошлой жизни блок электронного зажигания «восьмёрки» автомобилисты считали расходным материалом, старались иметь и всегда возить с собой запасной, журналы пестрели схемами самодельных блоков, куда более надёжных, чем вазовская «фирма».
