— Ну за что мне такое наказание? — демонстративно подняв глаза наверх, стонал Зубов. — Великий Ткач, за что ты так со мной⁈
Религия в современном мире тоже претерпела изменения. Две тысячи лет назад мы поклонялись Юпитеру, Марсу, Геркулесу и прочим богам, отвечающим за разные аспекты. Сейчас же многие люди стали верить в «Невидимые нити». Якобы всё, что есть в мире, связано невидимыми энергетическими нитями. И любое решение уже предопределено связующим звеном. А управляет всем этим Великий Ткач, который и создал все эти нити.
— М-михаил Анатольевич, ну я в этот р-раз вообще ни при чём! — паниковал Болотов. — В-вот, К-константин п-подтвердит!
— Что я должен подтвердить? — поинтересовался я.
— Подтвердите, что Болотов — это магнит для проблем, — отозвался Зубов. — Ну выявили вы у пациента ОКР, зачем всю палату пугать, что с ними психически больной?
Ох, ё-моё… Болотов, что ты опять умудрился натворить?
— Я п-просто предупредил их, в-ведь это п-правда психическое з-заболевание, — оправдывался тот. — И п-психиатр прямо п-при них приходил.
— Ну так и сказали бы, что банальный осмотр, — выдохнул наставник. — Ой, всё. Две ночи и один день поделите с Никитой между собой. Оба дежурите. Мне только доложите кто когда, чтобы я отметил себе.
— А меня за что? — возмутился Никита, по своему обыкновению спокойно пивший чай и наблюдавший всю эту сцену.
— Так ведь ваш пациент с ОКР оказался, — в тон ему ответил Зубов. — Всё, кыш-брысь, дайте отдохнуть от вас!
Они ушли, и мы с Михаилом Анатольевичем остались в ординаторской вдвоём.
— Что за пациента вы мне дали? — спросил я. — Из заболеваний — только лёгкая степень гипертонической болезни. Да и дёрганный он какой-то.
— Палату проплатил, так что отказать не имели права, — мрачно ответил Зубов. — Я сам всю эту дрянь не люблю. А куда деваться? Вот есть гипертония, её и будете лечить.
Он взял историю болезни, просмотрел её и одобрительно хмыкнул.
— Ещё вопрос можно? — спросил я, когда он закончил. — У нас появился практикант?
— Николай-то? Да, есть такое, — кивнул Зубов. — Притащил мне документы, якобы практику в обычное время пройти не смог, вот сейчас ему срочно надо. Притащил письмо из медицинской академии, с распоряжением, дневник практики, всё как положено.
— Странно это, — поделился я своим мнением. — Слишком поздно для практики.
— Да сын какого-нибудь графа, прошляпил всё лето и опомнился, — беспечно махнул рукой наставник. — Ничего удивительного.
Как знать. Но переубеждать Зубова я не стал, аргументов у меня пока что не было.
— Тогда могу идти? — уточнил я.
— До понедельника, — кивнул наставник.
Я забрал сумку с крысом, и удалился с ним в туалет. Хотелось переговорить перед встречей с Николаем.
— Ну наконец-то, хозяин, весь день тебя не слышно не видно, — деловито проворчал Клочок. — В общем, узнал я кое-что интересное.
Он вкратце пересказал мне диалог Жукова с его помощником.
— Значит, помощника зовут Николай, и он должен со мной подружиться? — хмыкнул я. — Вот и раскрыта тайна появления практиканта.
— Хозяин, кто этот Жуков и что ему от тебя надо? — тревожно спросил крыс. — От него исходит очень неприятный запах. Запах опасности.
— Ты научился различать эмоции по запахам? — уточнил я.
В прошлой жизни, когда мой компаньон был котом, его нюх был просто находкой. Он умел отличать добрых людей от злых, знал запахи многих болезней и здорово мне помогал в моей практике.
— До прежнего уровня мне далеко, но кое-что могу, — пискнул крыс. — Этот Жуков говорил про какой-то артефакт и то, что он на тебя среагировал.
То ощущение мурашек. Я уже догадался, что это было не просто так. И ещё одна деталь, такое же ощущение я испытал, когда столкнулся вчера с санитаром в коридоре.
Я сразу отметил, что санитар выглядит незнакомым и зачем-то прячет руку в кармане. Значит, там он и держал артефакт, который среагировал на меня.
Но чтобы понять цели этой парочки, информации пока не хватало.
— Этот Николай, с которым говорил Жуков, пригласил меня на встречу, — рассказал я. — И сейчас мы с тобой на неё и отправимся.
— Это может быть опасно, — запротестовал Клочок. — Мы не знаем, что им нужно.
— Пока что им нужно втереться ко мне в доверие, — усмехнулся я. — А мы, зная это, будем на шаг впереди.
— Чуму бы принести им, и дело в шляпе, — пробурчал крыс. — Ладно, хозяин, я тебе верю. Если что — прикрою.
С этими словами он гордо залез назад в сумку, и мы отправились на встречу с Николаем.
Тот ждал меня, как и договаривались, возле входа в клинику.
— Куда пойдём? — поинтересовался я.
— Тут кафе есть неподалёку, можно туда, — с готовностью ответил Николай. — Спасибо, что согласился уделить мне время!
— Для будущего коллеги не жалко, — усмехнулся я в ответ. — Тогда веди.
По пути этот псевдопрактикант по большей части молчал, благо идти было совсем недалеко. Вскоре мы были уже в кафе.
Так, если он выбрал общественное место — то вряд ли собирается прямо сейчас мне угрожать. Действительно хочет втереться в доверие, создать дружескую атмосферу. Только меня он этим не обманет.
— Ну так что ты хотел узнать? — заказав себе кофе, беспечно спросил я.
