Первым отвечать выбрали Болотова. Вопросы были довольно простыми: про препараты, про диагностику, про диагнозы. Болотов дал восемь правильных ответов за пять минут, не допустив ни одной ошибки.
Из-за его заикания метод не совсем честный, но что-то менять уже было поздно.
Второй отвечала Лена и дала семь правильных ответов. Переволновалась и часто отвечала неуверенно, делая самые элементарные ошибки.
Я был третьим и дал десять правильных ответов. Зубов едва успевал новые вопросы придумывать.
И наконец — Соколов. Пять ответов за пять минут. Проигравший был определён.
— Тю, это даже как-то скучно, — подведя итоги, вздохнул Зубов. — Ну что вот вы за люди, нет чтобы кто-то необычный проиграл. Но нет, опять Соколов, снова Соколов, всю жизнь Соколов.
— Судьба у меня, видимо, такая, — буркнул недовольный Соколов. — Думал, хоть в воскресенье от работы отдохну, но нет. И тут облом.
— Т-ты почти минуту д-думал, какое торговое название с-спиронолактона с-самое популярное, — укоризненно сказал Болотов. — Х-хотя это в-верошпирон, все з-знают.
— Ну не сообразил я, у меня медленная реакция, — отозвался Соколов. — Что из-за этого сразу меня на дежурство-то!
— Уговор есть уговор, — отозвался Зубов. — Завтра в восемь утра как штык чтоб был в отделении. Остальные — до понедельника.
Выходной! До последнего момента и осознать не мог, что у меня всё-таки будет выходной. Настолько непривычно далёким звучало это слово. Но всё-таки он будет.
— Завтра всё в силе? — смущённо спросила у меня Лена.
— Да, давай с утра созвонимся и договоримся, где встретимся, — кивнул я. — Но сегодня я тебя провожу.
— А Боткин-то не промах! — разумеется, Терентьев подслушал этот короткий разговор. — Моя школа.
— Твоя школа уже давно на пенсии, окостенелый ты магический центр, — одёрнул его Зубов. — Давай, кыш из моего отделения.
— Ну дай ещё пять минут хоть посмотреть, — заканючил гинеколог. — Я буду тихо сидеть, как мышка!
Их диалоги достойны того, чтобы записывать их куда-нибудь отдельно. В фонд цитат.
Мы собрались, я проводил Лену и отправился домой.
Болотов специально ушёл из отделения самым последним. Надо было кое-что сделать, и никто не должен был этому помешать.
Учась в медицинской академии в Саратове, он все шесть лет мечтал попасть в интернатуру в такую престижную клинику, как «Империя Здоровья».
Тем более, что он был уверен — умнее его тут всё равно никого не окажется. Однако сделать это оказалось не так-то просто. На тесте по магическим способностям ему заявили, что магический центр развит слабо. И плевать, что Евгений с лихвой компенсировал это знаниями!
Пришлось прибегнуть к запасному плану и подать на клинику в суд. Туда можно попасть в интернатуру только по блату! Обычному молодому человеку из провинции там ничего не светит. Это нечестно по отношению к остальным.
По решению суда Болотов получил своё место в интернатуре. Всё оказалось ровно так, как он и предполагал. Один попал из-за денег, другой из-за связей, третья из-за отца. Только Боткин как-то выпадал из всей этой теории.
Но главное, именно в клинике можно продолжить давно начатое дело…
— Болотов, вы чего ещё домой не ушли? — вошёл в ординаторскую Зубов. — Так работать понравилось? Так я могу вместо себя дежурить оставить.
— П-просто собирался долго, М-михаил Анатольевич, — отозвался Евгений. — С-сейчас уже ухожу.
— Ты тогда дверь на ключ закрой и отдай его на пост, там сегодня Ольга Петровна дежурит, — распорядился наставник. — Я потом вернусь и ключ заберу. Чтобы ординаторская не пустовала.
— П-понял, — кивнул Болотов.
Зубов убежал, скорее всего, опять пить чай с Терентьевым. Отлично, теперь никто не помешает.
И Болотов дрожащими руками достал свой медальон-артефакт.
Утром моего единственного выходного дня выспаться толком не удалось. Разбудил Клочок, тыкая в лицо самостоятельно отвязанной ручкой, которая служила ему вместо шины.
— Просыпайся, хозяин, всё на свете проспишь! — воскликнул он.
— Это что такое? — зевнув, спросил я. — Кто тебе разрешал самому отвязывать шину, всего несколько дней прошло! Перелом будет недели две заживать.
— Да у меня девять жизней, — беспечно махнул тот лапкой, — так что заживёт как на собаке!
— Ты уже не кот, и тем более — ты не собака, — ответил я. — Ты — мой компаньон. Нам надо с тобой восстановить былую силу, а для этого ты должен быть здоровым. А для этого, в свою очередь, слушаться меня!
Клочок недовольно показал мне язык.
— Ну мешает мне эта штука, — заныл крыс. — Привязал к хвосту какую-то штуку, и я теперь как инвалид. Осмотри меня, вдруг там уже зажило всё!
Я вздохнул и активировал диагностический аспект. Раны все почти зажили, но хвост срастись не успел.
— Так, носим шину дальше, без обсуждений, — решительно заявил я. — И не спорь! А то в кино сегодня не возьму.
— Так всё-таки возьмёшь? — обрадовался Клочок. — Так мне тогда подготовиться надо! На какой фильм?
— Понятия не имею, — пожал я плечами. — Вот ты и выбери, а я в душ пошёл.
