– Я не могу пойти на такой риск. – Он сделал паузу. – Отойди. Я тебя предупреждал, Эйвери. Этого требует наша присяга.
Дезмонд незаметно подкрался на расстояние чуть больше метра.
Он бросился вперед в тот момент, когда Уорд нажал на спуск.
Коннер взглянул в иллюминатор на стоящий внизу «Гольфстрим».
– Они нас опередили.
– Не важно, – сказал Юрий. – Главное, кто выйдет отсюда последним. – Он указал на свой лэптоп. – Маячок сообщает, что она от нас в десяти милях.
– В отеле?
– Похоже на то.
Коннер связался по радио с тремя самолетами сопровождения, разрешил посадку и приказал очистить общежитие от враждебных элементов.
Тридцатиметровый актовый зал имел стеклянный купол в десять метров высотой и ледяной пол. В этом пространстве звук выстрела чуть не вышиб барабанные перепонки.
Мгновением позже Дезмонд врезался в Уорда. Они упали. Дезмонд оказался сверху и нанес Уорду мощный удар в лицо, от которого кости и мягкие ткани хрустнули, как замерзший снег под ногами. Голова Уорда откинулась набок. Он чуть не потерял сознание.
Дезмонд рискнул оглянуться. Обе девушки и Юнг пропали. Программисты как ни в чем не бывало лежали на раскладушках. Эйвери лежала не шевелясь, под ней расплывалась лужа крови.
– Юнг! – крикнул Дезмонд.
Голова доктора высунулась из коридора.
– Помогите ей!
Доктор выскочил из укрытия, опустился на колени рядом с Эйвери и осторожно перевернул девушку. Его глаза полезли на лоб.
Дезмонд отвлекся на Эйвери и потому пропустил выпад Уорда. Дезмонд понял, что боль причинил не кулак, а пронзивший бок нож.
Шум мотора снегохода, работающего на холостом ходу, заглушил треск выстрела. Пейтон мгновенно схватилась за рукоятку двери.
Мать перехватила ее руку.
– Пейтон!
– Мне – туда!
Лин улыбнулась:
– Ясное дело. Я иду с тобой. – Она сунула руку в карман и протянула дочери пистолет. – Возьми. Может, пригодится.
Лин схватила рюкзак, который везде носила с собой с самой Альтамиры.
– На месте делай, как я скажу.
– Мам!
– Ты мне веришь?
Пейтон не ответила, лишь посмотрела на мать, в душе сомневаясь.
– Все, что я делала, делалось ради защиты тебя и твоего брата.
Пейтон открыла дверь, они выскочили наружу.
Женщины подбежали к отелю. Пейтон первой, с пистолетом в кулаке, за ней – мать. В портативной рации раздался трескучий голос Петерсона:
– Мистер Хьюз, тут садится еще один самолет.
Уорд выдернул лезвие. Кровь полилась из раны тонкой струйкой, как вода из протекающего крана. Уорд замахнулся, чтобы нанести второй удар, однако Дезмонд перехватил его руку и прижал ее к ледяному полу. Он сжал другую ладонь в кулак и двинул им по лицу Уорда, но промахнулся. Агент, изловчившись, пнул его в пах.
От низа живота до груди полыхнула острая боль. Уорд опрокинул Дезмонда и повел нож к его шее. Рука Дезмонда, сдерживая нажим, дрожала от напряжения. Рана в боку болела, из нее толчками лилась кровь. Низ живота ломило, лезвие миллиметр за миллиметром приближалось к горлу.
Вот оно уже коснулось кожи. Выступили капельки крови. Дезмонд попытался махнуть ногой, но удар не достиг цели. Тогда он ударил Уорда в бок кулаком свободной руки. Еще раз. И еще. Нож неумолимо погружался в кожу.
Юрий прислушался к опросу строительных рабочих, который вел агент «Китиона».
– Я уже вам сказал, – говорил бородатый мужчина, – их было пятеро – двое мужчин и три женщины.
– Дезмонд Хьюз?
– Да, он был с ними.
Коннер отвел Юрия в сторону.
– Можно сначала выслать спецгруппу и очистить отель.
– Нет. Дело должны довести до конца ты и я. Это слишком важно.
По шее Дезмонда стекала кровь. Силы таяли. Дэвид Уорд выиграл схватку в тот момент, когда ударил его ножом в бок. Дезмонд держался последним усилием воли. Он не хотел упускать ни секунды своей жизни.
И вдруг голова Уорда мотнулась вправо, а по полу разлетелись брызги крови. Через секунду подоспело эхо выстрела.
На заднем сиденье снегохода Юрий сказал Коннеру:
– Я уверен, он там.
Коннер не ответил.
– Он – твой единственный родственник, – напомнил Юрий.
– Каждый сам в ответе за свои решения.
Дезмонд сбросил с себя обмякшего Уорда. В нескольких метрах Эйвери сжимала в дрожащей руке пистолет, в холодном воздухе от горячего ствола поднимался пар.
Дезмонд подполз на четвереньках к девушке, осмотрел ее рану. Пулевое ранение в грудь. Сквозное отверстие. Кровотечение. Сильное кровотечение. Его руки были перемазаны кровью – собственной и той, что натекла лужей под Эйвери. Ну и пусть. Он потянулся, взял ее лицо в ладони.
– Спасибо!
Блондинка закрыла глаза, тяжело вздохнув.
Дезмонд уткнулся лицом ей в живот.
– Прости.
Она запустила пальцы в его волосы, сжала кулак, приподняла его голову и заглянула в глаза.
– Не прощу, если не доведешь дело до конца.
Пейтон поспешила за матерью в пустое фойе через входные двери отеля. В актовом зале Дезмонд склонился над Эйвери, глядя на нее сверху вниз. Они о чем-то говорили, но их слова невозможно было разобрать из-за отражавшегося от высокого свода эха. Вокруг них расплывалась лужа крови.
