Раджаб выполнил приказ, положив маску на место с которого снял её полминуты назад.
— И как ты умудрился свернуть ей шею? — бормотал Камиль, переосмысливая увиденное.
— Не имею понятия, — пожал плечами капитан. Добавил: — Думаю, теперь мы можем уйти.
— Теперь — да, — кивнул владелец яхты. — Но напоследок хочу предупредить: день, когда ты попытаешься еще раз сунуться в трюм один — станет последним днем в твоей жизни! Я пристрелю тебя не раздумывая, и даже не вспомню о нашей много летней дружбе! Ты меня понял?!
— Понял, хозяин, — горько усмехнулся Раджаб. — Куда мне следовать?
— В мою каюту! — рявкнул Камиль. — И не вздумай на меня обижаться! Ты ведь и сам знаешь, что я прав! И что теперь мне, а не тебе предстоит оправдываться и перед поставщиком, и перед получателем груза! Выдумывать, чем объяснить гибель одной единицы!
— Прости, — пробормотал капитан, который прекрасно понимал, что в сложившейся ситуации прав Камиль, а не он. — Было бы лучше, если бы я вовсе не впутывался в эти магические дела. Лучше — если бы мы оба оставались простыми контрабандистами.
— Сейчас поздно об этом говорить, — вздохнул владелец яхты. — Одно я знаю точно: все, что происходит с нами и вокруг нас — не напрасно. И не в наших силах что-либо изменить.
— Я понимаю, — кивнул Раджаб. — Ну что, пошли?
— Идем, — шагнул к двери трюма Камиль.
***
— Но почему перемещение прервалось именно на том моменте?! — неистовствовал Камиль. — Ведь до развязки оставалось совсем немного!
— Я не знаю, — пожал плечами Раджаб. — И знаешь, мне кажется, понимая, что меня сейчас выбросит обратно в наш мир, я скрутил шею змее. От осознания неизбежности и нежелания её принять.
— Я должен узнать, чем все закончилось! — владелец яхты вскочил с места, готовый немедленно бежать в трюм. — Оставайся здесь! — велел капитану.
— Не торопись, — остановил друга Раджаб. — Объяснений у меня, к сожалению, нет. Но отчего-то кажется, что винтовки эти «срабатывают» на меня. И что если ты пойдешь в трюм один — это может плохо закончится.
— Возможно, что ты прав, — Камиль снова опустился в кресло. — Но тебе нужно немного отдохнуть и выспаться. Уж я-то знаю, как выматывает каждое перемещение. А потому, отправляйся к себе и, для начала, отдохни. Вечером мы решим, что делать.
— Нужно подняться на мостик, — вяло возразил капитан. — Удостовериться, что все в порядке.
— Ты так не доверяешь экипажу, который сам же и набрал? — усмехнулся владелец яхты.
— Конечно, доверяю! — обиделся за подчиненных Раджаб. — На «Марии» самые лучшие мореходы!
— Вот и не давай подчиненным сомневаться в твоем доверии, — по-прежнему улыбался Камиль. — Иди и отдохни. Вечером встретимся на мостике.
— Будь по-твоему, — капитан чувствовал, что еще немного и он выключится прямо здесь, в каюте друга. — Увидимся через пару часов, — встал и, не оборачиваясь, вышел из каюты.
***
Камиль уже три часа находился на капитанском мостике.
Он понимал, что своим присутствием заставляет нервничать тех, кто сейчас стоял вахту, потому как нахождение судовладельца и отсутствие капитана было чем-то из ряда вон. Тем более что совсем недавно владелец яхты разыскивал и никак не мог найти своего друга, капитана «Марии». И умчал в трюм ничего не объяснив морякам, едва Раджаб отозвался.
Но дать понять владельцу яхты, что его присутствие нервирует и вызывает нехорошие предположения, никто не отважился. Равно как и спросить о том, что происходит, напрямую. А потому Камиль все так же стоял перед огромным панорамным иллюминатором и, не утруждая себя биноклем, смотрел, как неторопливо катит волны свинцовое северное море.
Он не имел понятия о том, как сможет объяснить грузополучателю странную метаморфозу оружия. Равно как и не знал, кем же именно окажется неизвестный, ради которого был затеян этот безумный круиз.
До прибытия в пункт назначения оставалось еще два дня.
«Мария» давно обогнула выступающий рог материка, самую северную его точку, свернула вправо и теперь двигалась на восток вдоль береговой линии, к которой, впрочем, судно не приближалось, и наличие которой лишь угадывалось по лёгкой дымке справа по курсу движения.
Иногда, слева от яхты, проплывали огромные айсберги, которые, к счастью, не приближались к судну. Камиль подумал о том, что «Мария» словно идет по невидимому коридору, проложенному неизвестно кем для её безопасности. Обернулся. Посмотрел на вахтенного помощника, что-то записывающего в бортовой журнал и иногда сверяющего свои записи с показаниями приборов.
— Что-то не так, хозяин? — вахтенный оторвал взгляд от журнала.
— А ты сам-то как думаешь? — Камиль не спешил озвучивать свое состояние. Да и как объяснишь непосвященному, что тебя гложет самому непонятная тревога.
— Все в порядке! — отрапортовал мореход. — Идем по курсу, согласно расписанию. Только вы до сих пор не обозначили конечную точку маршрута.
Камиль вздохнул.
