Последние несколько дней хозяйка квартиры не возвращалась. С ней такое происходит частенько. Вообще-то Хельга Пенелопа Блэк, так звучало полное имя Пенни, редко сидит на одном месте и не часто возвращается к себе домой.
И никаких кошек не держит. И не любит.
За дверью квартиры раздался топот ног, грохот упавших на камень ключей и тихое чертыханье. Через несколько секунд ключ подняли и вставили в замок. Попытались повернуть не в ту сторону, закрыли, наконец-то, дверь до конца. И подёргали. После чего ключ четыре раза повернулся снова. И наконец-то распахнулась дверь. Являя в квартиру хозяйку. Яркую, как двухсотваттная лампочка, платиновую блондинку с двумя чёрными прядками во вьющихся волосах. Пряди были широкими и шли ото лба до затылка. Пенни бросила походный рюкзак с яркими брелоками и наклейками у двери, скинула грязные джинсовые кеды и стянула потемневшие белые носки. Она захлопнула дверь и, войдя комнату, на ходу стянула с себя короткие шорты, и жёлтую маечку оставшись в одних коротких трусиках. Чья длинна не намного уступала шортам. Пенни рухнула на узкий диванчик, слабо протянула руку к мигающему автоответчику, нажала кнопку и тихо уплыла в страну сновидений, необеспокоивись закрытием двери.
Из сладких снов девушку выдернул голос брата. Вначале она ощутила какое-то беспокойство, которое вытекло в широко распахнувшиеся глаза. Пенелопа поднялась на руках, посмотрела на автоответчик, словно тот мог что-то ей объяснить.
Тот прокручивала ленту.
Пенелопа вскочила с дивана и начала решительно хаотично собираться. Несколько раз она запнулась свои шорты, потом отпнула их в сторону, чтобы продолжить бегать кругами. Немного успокоившись, Пенелопа оглянулась в поисках шорт.
Найдя телефон, она прикусила губу, хмурясь, и набрала номер автовокзала:
-- Можно один билет до Щёцына?
На третий день Блэк понял несколько важных истин. Во-первых: он ненавидит бездействие, никогда в жизни у него не было возможности бездельничать, всегда было что-то, чем он должен был заниматься. Генри родился почти в лесу, дом его дедушки и бабушки был сильно на отшибе, в окружении многовековых деревьев. И не далеко от их старой фермы была река -- Белая Леди, так её называли местные. У Генри было насыщенное детство, он бегал с местными мальчишками и старшей сестрой по лесу, они искали Фейри -- каждый же знает, в Уэльсе живут эльфы, фейри, пикси и прочая яркая сказочная нечисть. Маленький Генри мечтал о встрече. Теперь он вырос и был знаком с А-Соль, эльфийкой, что работала на регистрации в маленьком семейном отеле. Ребёнком же он мчался в любую свободную минуту в лес, носил с собой карамельки, в качестве угощения. Между уходом за зверями фермы и за садом, работой по дому и учёбой -- времени для этого было не так уж и много. Переехав в Польшу, он должен был изо всех сил готовиться к учёбе, у их семьи не было денег на то, чтобы оплачивать его обучение на английском, так что Генри, что было сил, учил польский, и тот вначале давался ему с трудом. И позже во время учёбы Генри позволили работать в архиве одного участка. И уж ни о каком безделье не могло идти речи, когда Генри стал полноценным офицером. Блэк был занят всегда, иногда даже во сне ему снились дела, над которыми он работал, после таких ночей у него, конечно же, случались озарения, и дело сдвигалось с мёртвой точки. Связано это было с его происхождением, способности охотника пробивались сквозь толщу реальности и скептицизма и подстраивались под то, как их может воспринять носитель. Сам же Блэк считал, что всё нормально, просто его мозг как у Менделеева, так нагружен мыслями, что не прекращает работать. Безусловно, информация о том, что Менделеев так же принадлежал к охотникам и так же не знал об этом -- никому не известна и потому никого ни к чему не обязывает. Теперь же, здесь и сегодня, Генри не имел никакой цели и деятельности. Если бы это было единственным, что он понял, но ведь Блэк дошёл не только до этого. Во-вторых, было куда более глобальным -- Генри выяснил, что ничего не знает о мире. Вокруг него происходило странное, и он с трудом это замечал, его зрение, и разум упорно старались не замечать ничего, что можно было назвать не обычным. Удивительная способность человеческого мозга не видеть в этот раз стала его противником. И Генри проигрывал.
Единственным выходом, который Блэк видел -- найти другие книги, в которых будет написана правда о том, как выглядит мир, иного выхода просто не было, не зря же он просиживал штаны в библиотеке, таская тяжёлые книги и наблюдая за работающими там женщинами.
