Армия, которую Генрих взял с собой во Францию в 1415 году, могла насчитывать около 10.500 человек, из которых (в общих цифрах) 40% составляли конные лучники, 35% — пешие лучники и 25% — латники. Это означает, что 65% армии имели одного или несколько коней. Состав боевых сил говорит нам о том, что Генрих, возможно, планировал сделать. Присутствие такого количества конных солдат в кампании, в которой сначала была предпринята крупная осада, говорит о том, что король, возможно, имел в виду нечто большее, чем просто захват Арфлера, для чего вполне хватило бы и меньшего конного войска. Такое количество конных лучников указывает на то, что, если бы осада была завершена быстрее, Генрих мог бы продвинуться во Францию гораздо дальше, чем он это сделал. Однако их присутствие сделало более осуществимым поход в Кале, который, с уверенностью, отраженной в
Контракты на 1415 год также подчеркивают решимость Генриха захватить Арфлер, чего бы это ни стоило. Арбалетчики (с оружием, более эффективным против неподвижных целей, таких, какие чаще всего встречаются при осаде) были привезены из Гаскони[719]; 120 рудокопов, которые, возможно, прибыли из района Форест Дин (шесть из них получали жалование эсквайров, остальные — лучников), напоминают нам о том, что, вероятно, много сил было потрачено на то, чтобы добиться разрушения стен и бастионов Арфлера[720]. Разнообразие рабочих, оружейников (некоторые из них, судя по именам, не англичане)[721], изготовителей шатров и палаток[722] и сапожников[723] для изготовления обуви говорит о том, что предусматривалась осада, которая не закончится быстро.
По свидетельствам очевидцев, аккуратное деление на свиты, каждая из которых была указана с именем ее предводителя, которые могли плыть вместе, вскоре начало распадаться. Многие воины, как мы знаем из хроник, умерли во время осады, в основном от болезней; другие заболели, и им пришлось предоставить отпуск, и затем доставили домой на кораблях[724]. Списки, которые, вероятно, являются неполными, позволяют предположить, что по крайней мере 1.687 человек были официально признаны негодными к службе. Они включают широкий спектр людей: герцог Кларенс; граф-маршал; рыцари, такие как Джон Фастольф; Томас Родборн, духовник короля; экипажи нескольких кораблей; три менестреля, сопровождавшие графа Арундела, шорники, кузнецы, конюхи, рабочие и три палача[725].
Вполне вероятно, что потери от болезни составили около 15% от общей численности английской армии при Арфлере, а возможно, и больше. Болезни, как мы помним, свирепствовали и внутри осажденного города, и, возможно, оказывали свое влияние на тех, кто вошел в город после его сдачи, а их симптомы проявились только в походе к Кале: армия, прибывшая в Азенкур, была численно меньше той, что покинула Арфлер двумя неделями ранее[726]. Смерть и болезни, таким образом, были значительными факторами в изменении облика английской армии между августом и октябрем 1415 года. Другие факторы тоже сыграли свою роль. Некоторые люди были убиты при Арфлере; другие остались в составе сводного гарнизона, который был создан и оставлен под командованием графа Дорсета[727]. Многие попали в плен по дороге в Азенкур, некоторые только за день до битвы,[728] другие — во время самой битвы. Некоторые погибли на поле боя, один был убит "попав в плен"[729]. Некоторые должны были умереть в Кале, от ран, болезни, истощения. Мы не знаем сколько таких было.
