проникнуть по ту сторону Ибагуэ, в Анды Кито и Эрвенские*. Впрочем,
в этой области такое большое разнообразие растительности, что на
самой горной равнине Богото, исследуемой в течение столь многих
лет, между городом Санта Фе и знаменитым Теквендамским
водопадом, Бонплану удалось найти несколько новых родов растений**.
Мексиканская ботаническая экспедиция, как нам дружески
сообщил Цервантес, профессор ботаники в Тенахтитланском
университете в Мексике, обогатила нашу науку пятью тысячами растений,
собранных в течение десяти лет, по большей части новых и
изображенных знаменитым мексиканским живописцем Эхаверио.
Итак теперь, когда благодаря огромному трудолюбию испанцев
(и нашей старательности) гербарии Америки за это время достигли
такой значительной полноты, кто-либо может спросить, составляют ли
те тринадцать тысяч растений, которые уже перенесены из
тропической жаркой зоны Нового Света в Европу, третью, четвертую или
пятую часть всей экваториальной флоры? И я не осмеливаюсь точно
высказаться по этому поводу: на самом деле, количество растений
гораздо больше, чем обычно представляют; отсюда, если подумать,
явствует, во-первых, что количество видов, равномерно рассеянных
по всем частям тропической зоны, крайне незначительно; затем,
что испанские и португальские колонии, расположенные под тропиком,
имеют более 490000 левков*** и следовательно превышают
площадь Германии или Франции в двадцать восемь раз; наконец, что
самые плодородные области этих стран с невероятным обилием
растений, не меньшим чем на Молуккских или Филиппинских
островах, доселе не были пройдены ни одним ботаником, а именно: берега
реки Карони; леса, окружающие Каур и Эревато; провинции Хо-
коен, Дариа, Никарагуа, Вера Пас и Антиохия; высокие горы
ластях провинций Гуаноко, Карабайо, Аполобама и Юракареес, между 18—20°
ю. ш. Из лекарственных трав, славящихся среди жителей гор. Кохабамбы и
Хикитары, достаточно будет напомнить: корень катакату—вид валерианы, очень
полезный для укрепления желудка, и таманин—вид гентианы с гладкими
продолговатыми листьями с тремя нервами, с желтыми большими цветами, которые
покрывают скалы у границы вечных снегов. Корень этого растения имеет ту же
силу для изгнания лихорадки, как и перувианская кора.
* Paramos de Quindiu у de'Erve.
**.Plantae aequinoctiales. Т. I, p. 41.
*** 1987 801 километр. Перев.
св. Марты и Меридии; Приморские Анды; приносящие корицу леса
Кито; горные равнины, которые простираются от города Куско по
направлению к Ла Пац; реки Укайале, Пуруц, Бени и Мараньон.
