География полностью

Описание отдельных стран ойкумены в «Географии» начинается с Иберии (Испании) (книга III).

Древним географам приходилось описывать ту или иную страну без карты. Для простоты и наглядности они уподобляли описываемую страну какой-нибудь геометрической фигуре или подходящему конкретному предмету, например форма Пелопоннеса уподоблялась платановому листу, а Иберия — бычьей шкуре и т. д.

При описании Иберии Страбон пользуется известиями Посидония, который жил в Гадирах (Гадесе);[79] затем он приводит цитаты из Полибия (III, II, 10) и латинских авторов[80] — Танусия и анонима, ссылается на Артемидора (XV, I, 4) и Тимосфена (III, I, 7).

В книгах IV и VI (описание Галлии и Альп) использованы сообщения Посидония, Артемидора, Тимагена, Азиния[81] («Записки» Цезаря Страбон знает через посредство Тимагена).[82] Для описания Британнии Страбону, несмотря на предубеждение, пришлось пользоваться сведениями Пифея (через Посидония).

Источниками V и VI книг, посвященных Италии, являются Полибий, неизвестный Хорограф и Артемидор (побережье).[83] Исторические отрывки даны по анналистам (Фабию и Ацилию, за которыми скрывается иногда Тимей), Тимею и Посидонию.[84] Рим и, быть может, Кампанию Страбон описывает по личным впечатлениям. Сведения о Южной Италии (Великая Греция) и Силиции принадлежат Антиоху из Сиракуз, Полибию и Эфору.[85]

Книги об Элладе (VIII–X) и частично о Малой Азии (Троада) посвящены главным образом гомеровской географии (комментарии к Гомеру). Способ описания, принятый в этих книгах, совершенно отличен от способа описания остальной ойкумены. Страбон следует здесь традиции своих источников (Деметрия Скепсийского, Аполлодора и Артемидора). Изложение неравномерное и всецело зависит от характера выбранных источников.[86] Так, например, по Артемидору, он подробно описывает (в духе сухой учености гомеровских комментаторов) упомянутые у Гомера безвестные местечки,[87] а прославленным в истории областям и городам (например, Аттике, Афинам) посвящает буквально по нескольку строк.[88] Современным положением Греции под властью римлян Страбон очень мало интересуется (вряд ли сам он видел в Греции какие-нибудь местности, кроме Коринфа и, быть может, Патр) (VIII, VII, 3). Такое отсутствие интереса к современной ему Греции и, наоборот, живой интерес к героическому прошлому показывают, что Эллада была для географа только «музеем древностей», дорогим по школьно-литературным воспоминаниям.[89]

При описании Троады и эолийской области (XII книга) источниками были в первую очередь Деметрий Скепсийский и Гегесианакс (как местные уроженцы и очевидцы), затем Эфор и анонимный автор одного из периплов.[90]

Киммерийский Боспор и Понт[91] (XI книга) описаны по материалам древнего пон-тийского перипла[92] (в основном северное побережье Черного моря), «Деяний Помпея» Феофана Митиленского[93] и сочинений историков Митридата — Гипсикрата из Амиса[94] и Метродора из Скепсиса[95] (в основном исторические сведения).

Материалы для описания Гиркании и Бактрии Страбон черпал из Аполлодора Артемитского,[96] отчасти же из трудов соратников Александра [Кирсила (?), Медия — XI, VI, 1; Аристобула[97] — XI, VII, 3; Тимагена[98] и Патрокла].

Живым изображением кавказского побережья и его населения (XI, IV, 2) Страбон обязан Феофану Митиленскому.[99] Известия о Закавказье и Армении восходят также к Феофану Митиленскому[100] (Страбон, не особенно ему доверял) и к Деллию, спутнику Антония в Парфянском походе (XI, XIII, 3). Легендарные рассказы об амазонках в Колхиде принадлежат Гипсикрату и Метродору.[101]

Наибольшую критическую самостоятельность географ проявляет в описании Малой Азии, которая для него, местного уроженца, находилась в центре мира:[102] многие местности здесь он описывает как очевидец.[103] Там, где у Страбона не было собственных наблюдений и справсж, он нередко цитирует вместе и Артемидора, и Аполлодора. Особый интерес он проявляет к племенам и народностям Мадой Азии; подробно описывает Мисию и так называемую Фригию «Эпиктет» (XII, IV, 5).[104] Размеры страны определяются на основании Геродота и Эратосфена (II, V, 8; II, I, 3).[105]

При описании Индии Страбону пришлось иметь дело со множеством разноречивых источников об этой стране (XV, I, 2). Известия современных купцов и мореходов об Индии он совершенно отбрасывает.[106] За основу описания, по-видимому, взят рассказ

Эратосфена и затем к нему добавляются сообщения «прочих писателей» (XV, I, 14), т. е. Патрокла, Ктесия, Аристобула, Онесикрита, Неарха, Мегасфена, Артемидора и Деимаха[107] (к известиям Артемидора прибавлены сведения Николая Дамасского — XV, I, 72). Хотя всех писавших об Индии (кроме Эратосфена) Страбон считает лжецами, в особенности же Деимаха (II, I, 9), но все же пользуется их материалами. Большинство этих писателей (спутников Александра) Страбон знает, по-видимому, через Эратосфена и Посидония.[108]