Теперь этот стратегический замысел врага сорван. А если ополченцам удастся окончательно оттеснить карателей от города на расстояние, которое не позволит им применять артиллерию по жилым массивам и «кошмарить» мирное население, это создаст принципиально новую военно-политическую ситуацию и серьёзно изменит весь ход войны.
Но сделать это будет непросто. Так, важнейший транспортный узел региона – Дебальцево – по-прежнему остается в руках оккупантов, вследствие чего серьезная угроза для Донецка пока сохраняется.
В Луганской народной республике тоже идут тяжёлые бои, и так же, как в Донецке, бандеровцы не смогли решить там ни одной из своих стратегических задач. На северном фронте, к западу от Луганска, каратели большими силами наступали на Первомайск, который обороняет отряд Алексея Мозгового, но в очередной раз потерпели поражение и с потерями отошли.
На южном участке границы Новороссии с Россией стратегическая высота Саур-Могила остаётся под контролем ополченцев. Остатки разгромленных бандеровских подразделений стремятся просочиться из Южного котла через брешь, ранее пробитую врагом в районе Мариновки. Одновременно крупная группировка украинских силовиков (несколько тысяч карателей, 70 единиц бронетехники), блокированная на юге Луганской области, вступила в переговоры с ополченцами об условиях своей сдачи. В понедельник первая группа числом 438 человек, оставив ополченцам всё своё вооружение, перешла на территорию России, спасаясь от полного уничтожения.
Контроль ополченцев над линией Шахтерск-Торез-Снежное дает возможность ополчению получать гуманитарные грузы из России.
Этим событиям предшествовала беспрецедентная по своему масштабу и ожесточению атака киевских войск. Достаточно сказать, что в конце прошлой недели каратели ввели в бой около 300 единиц бронированной техники (из которых около 150 потеряли), неоднократно применяли баллистические ракеты «Точка-У» (способные нести тактический ядерный заряд, а в обычном снаряжении имеющие 500-киллограммовую боевую часть), бросили в бой все остатки боевой авиации и все мало-мальски боеспособные воинские части. На этом этапе каратели теряли в сутки по 30–40 бронемашин и до 400–500 человек личного состава.
И не смогли добиться ни одной из намеченных целей.
Это говорит о том, что после четырёх месяцев гражданской войны армия киевской хунты находится в крайне плачевном состоянии и не способна решать поставленные перед ней из Киева задачи. Группировка карательных войск, сосредоточенная в Новороссии, лишена единого эффективного командования, централизованного снабжения, организованного тыла. Мобилизационные механизмы не работают, что ярко подтвердилось срывом очередной, третьей по счёту, «частичной мобилизации», объявленной Киевом для пополнения карательных войск, несущих в Донбассе огромные потери.
Даже в относительно «тихие» дни эти потери бывают очень чувствительны. Например, 4 августа в Запорожье диверсионной группой ДНР полностью ликвидировано одно из подразделений батальона «Днепр», подчиняющегося непосредственно лидеру «Правого сектора» Ярошу.
Украинское общество не желает воевать. Даже в западных районах страны, где градус разнузданной русофобии просто зашкаливает, население массово саботирует призыв, а в некоторых регионах блокирует военкоматы, федеральные трассы и проводит иные акции гражданского неповиновения в знак протеста против попыток призвать местную молодежь на войну.
Киевская пропаганда окончательно потеряла связь с реальностью. В то время, как киевская бронетехника догорала в Шахтёрске, а окружённые в «южном котле» десантники готовились сдаваться ополченцам, министр обороны Украины Валерий Гелетей заявил в беседе с корреспондентом ВВС, что «
В этих условиях, учитывая стремительно ухудшающуюся социально-экономическую обстановку, политический хаос и близящийся топливный кризис, будущее бандеровского Киева представляется весьма мрачным, а падение хунты – вопросом времени.
В понедельник, 4 августа, 438 украинских военнослужащих обратились к российским пограничникам с просьбой об убежище. По решению пограничной службы РФ сотрудники областного пограничного управления открыли гуманитарный коридор и пропустили на территорию России несколько сотен деморализованных карателей, бросивших оружие и оставивших позиции под напором донбасских ополченцев.
