Геополитика и энергетика полностью

Мы обозначили несколько уровней акторов, участвующих в формировании современного геополитического ландшафта. Между ними нет иерархии, их крайне сложно объединить в единую и внутренне непротиворечивую систему. Каждый из игроков преследует собственные цели и в то же время является средством для достижения таковых, то есть одновременно обладает и субъектной, и объектной позицией.

Государства, надгосударственные образования, элитарные группы, транснациональный бизнес, преследуя свои цели, могут как объединяться в ситуационные альянсы и союзы, так и враждовать. Лишнее тому доказательство – разнонаправленные тенденции в политике США в периоды правления «трампистов»-республиканцев и «ультраглобалистов-демократов»; конфликты в ЕС из-за национально-ориентированных решений, принимаемых такими странами, как Венгрия или Словакия; специфика американо-китайских взаимоотношений, когда политические интересы двух сверхдержав входят в противоречие с экономическими, и наоборот.

Такого рода коллизии определяют многомерность геополитических процессов и усложняют их понимание. Тем не менее не будет преувеличением сказать: основной нерв геополитического противостояния на нынешнем этапе – дихотомия глобализации и национального государства.

Вполне логично, что при описании геополитического ландшафта нам довольно часто пришлось вспоминать фамилию Рокфеллер.

Джеймс Вулфенсон, возглавлявший Всемирный банк в 1995–2005 гг., говоря об этой влиятельной американской семье, особо подчеркивал ее «огромнейший вклад в развитие глобализма». В свою очередь, биографы Дэвида Рокфеллера утверждают, что он выделял в мире две основные касты, которые ведут непримиримую битву. Это, с его точки зрения, люди с рациональным и иррациональным типами мышления. Первые – поборники глобализации, вторые – ее противники, предпочитающие делать ставку на национальные интересы[19][20].

Тем показательнее, что Рокфеллеры, будучи во многом закулисными архитекторами американской внешней политики, также внесли немалый вклад в создание американского топливно-энергетического комплекса, одного из крупнейших в мире. Как известно, Джон Рокфеллер в 1870 г. основал компанию Standard Oil, вскоре ставшую североамериканским топливным монополистом.

Иными словами, едва ли не самое влиятельное американское семейство самой своей историей и деятельностью наиболее именитых представителей показывает, насколько тесно могут быть связаны геополитика и энергетика.

Отстаивание собственных политических и экономических интересов на международной арене априори естественная задача любого государства. Необходимое условие такой геополитической субъектности – суверенитет. Несмотря на то что де-юре суверенными считаются все 193 государства, признанные ООН, лишь немногие обладают реальным суверенитетом.

Согласно общепринятому определению, под суверенитетом понимается способность государства осуществлять независимую внешнюю и внутреннюю политику, исходя прежде всего из национальных интересов.

Отсюда следует, что суверенное государство должно одновременно иметь верховенство внутри страны и быть независимым на международной арене.

Атрибуты верховенства государственной власти:

● исключительное право представлять все общество, а не его части;

● распространение властных функций на все население (граждан);

● право издавать законы и тем самым определять масштаб свободы всех субъектов права;

● монопольное право на применение силы.

Атрибуты независимости на внешней арене:

● признание международным сообществом данного государства в качестве субъекта международных отношений;

● осуществление самостоятельной внешней политики;

● предотвращение вмешательства других государств во внутренние и внешние дела суверенного государства[21].

Суверенитет в мире всегда был уделом сильных, способных не только осуществлять территориальную экспансию, но и обеспечить собственную неуязвимость. Любое военное могущество легко становится фикцией, если страна не обладает достаточными запасами продовольствия, чтобы прокормить солдат и население в целом, транспортными возможностями и энергоресурсами для своевременного и бесперебойного снабжения вооруженных сил, а уровень развития промышленности и технологий не позволяет в нужных объемах производить эффективные и современные виды вооружений.

Рассмотрим подробнее факторы, определяющие реальный суверенитет и, как следствие, геополитический потенциал государства.

Существуют три основных подхода к оценке потенциала армий мира:

● расходы на оборону;

● расчет комплексного индекса мощи вооруженных сил;

● субъективные экспертные мнения.

В 2022 г. общемировые военные расходы выросли на 3,7 % и достигли рекордных $2,24 трлн (2,2 % глобального ВВП), по данным Стокгольмского института исследований проблем мира (Stockholm International Peace Research Institute, SIPRI).

Рис. 2

Топ-15 стран по военным расходам в 2022 г.

Источник: SIPRI Military Expenditure Database