В памяти возникли моменты, когда они с ней были вместе, когда их взгляды встречались, и Джек чувствовал, как их сердца бьются в унисон. Он знал, что она тоже борется, она тоже хочет выбраться, вернуться. Он представлял, как она сражается за свою свободу, за их любовь, несмотря на все, что её окружает. И именно это давало ему силу. Сила любви была сильнее страха. Джек закрыл глаза и сосредоточился на этих воспоминаниях, на её руках, на её голосе, на том, как она смотрела на него.
"Я вернусь за тобой, Лия", — шептал он про себя. — "Я обещаю тебе".
Его решимость стала каменной. В этот момент Джек понял, что ни один враг, ни одна сила не смогут сломить его в поисках её. Он был готов идти на всё, рисковать всем, если это будет означать, что он снова окажется рядом с ней, что он снова почувствует её прикосновение. Никакие преграды, никакие трудности не смогут остановить его.
Любовь была тем, что вело его вперёд. И с этим обещанием он стоял перед лицом битвы, готовый к ней.
Сигнал зуммера вывел его из раздумий. Он сообщил что флот Китари вышел из гиперпространства в пространстве Ска’тани, получил актуальные разведданные и направился сюда. По расчетам, они должны были прибыть к вечеру. Джек уже потянулся к коммуникатору, собираясь связаться с Хэйвудом и выяснить, не знает ли он почему Вайрек всё ещё не появился, когда по кораблю разнёсся рёв боевой тревоги.
— ВНИМАНИЕ!!! ОБНАРУЖЕНА ТОЧКА НОЛЬ-ПЕРЕХОДА!!! ВЫСШАЯ СТЕПЕНЬ ОПАСНОСТИ!!!
Звуковая волна тревоги словно ударила по нервам. Джек подскочил с кровати, вылетел в коридор и чуть не столкнулся с Эдом, который выбежал из своей каюты, а следом на них налетел Таргус, мчавшийся как разъярённый локомотив.
— Ну, началось! — прохрипел гронтар, пробегая мимо.
В рубке управления тактический анализатор уже фиксировал угрозу. За дальним рубежом системы разверзлась огромная чёрная бездна. Сначала это была просто точка, но она стремительно росла, пока её диаметр не достиг размеров Луны а потом превысил его. Пространство вокруг неё дрожало и искривлялось, словно сама Вселенная пыталась сопротивляться тому, что рвалось наружу. И тогда он появился.
Из чернильной пустоты медленно, словно призрак, выскользнул "Эон". Теперь он выглядел иначе. Это больше не был тот корабль, который помнил Джек. Он превратился в нечто иное – тёмный, словно вырезанный из обсидиана, с кроваво-красными жилами, по которым текла жуткая, пульсирующая энергия. Эти багровые линии вспыхивали, словно исполинское сердце билось в глубине этого колосса.
На его корпусе, высеченные как заклятия на алтаре проклятого бога, пылали древние руны Элдарианцев. Они не просто светились – они горели мрачным огнём, а рядом с ними ткань реальности дрожала, будто сам космос пытался сбежать от этого ужаса.
Но самое страшное – это то, как двигался "Эон". Он не летел, он скользил, словно вынырнул из кошмара, воплотив в реальность саму суть ужаса. Пространство перед ним искажалось, звёзды гасли, как будто их свет поглощал мрак его сущности.
— Это... невероятно... — прошептал Эд, вцепившись в край консоли.
— А вот и гости, — хрипло выдохнул Таргус, стиснув зубы.
И тут пространство зашевелилось.
С бесчисленных платформ "Эона" в космос хлынули корабли. Они были похожи на своего флагмана – абсолютно чёрные, словно вырубленные из ночи, с кровавыми прожилками энергии. Их корпуса будто дышали – багровый свет пульсировал, заставляя их выглядеть живыми.
От самых малых штурмовых судов до исполинских боевых машин, они выстраивались в идеальные боевые порядки с пугающей синхронностью, которая казалась неестественной. Ни одного хаотичного манёвра, ни одной ошибки – как будто они не просто флот, а единый организм, ведомый единой волей.
Они двигались идеальным строем, не допуская ни единого разрыва. Малые перехватчики, манёвренные, как насекомые хищники, окутывали пространство тучей, их багровые огни напоминали глаза голодных чудовищ. Позади них шли крейсеры, массивные, вооружённые орудиями, чьи дула пульсировали красным злом. Их двигатели издавали ритмичный, почти живой гул, который ощущался даже через вибрации тактических экранов.
Но самым ужасающим зрелищем были линкоры — исполины войны, исполины разрушения. Их корпуса напоминали гигантские лезвия, острые и изогнутые, словно демонические клинки, созданные для одного — разрывать, уничтожать, стирать с лица реальности.
Даже на таком расстоянии этот флот внушал первобытный ужас. В самой их форме, в их движениях, в том, как их обволакивала чернота, было что-то неправильно-зловещее.
Джек сжал кулаки.
— Ну что ж, Вайрек, если ты хотел появится эффектно – поздравляю, у тебя получилось.
Тишина, которая повисла после появления черного флота, была пугающей. Даже тревожные сигналы корабельных систем, казалось, звучали приглушённо, словно сами машины ощущали надвигающийся ужас.
И вдруг пространство разорвал голос.
