Каэл, который стоял немного в стороне, пристально всматривался в пустую картину. Его глаза, блестящие от напряжения, выдавали внутреннюю борьбу.
— Нет, система та, — наконец сказал он, его голос был низким и сосредоточенным. — И Осколок тоже здесь. Я чувствую его.
Все обернулись к нему.
— Ты уверен? — Джек прищурился, всматриваясь в мониторы. — Потому что мне кажется, тут даже мелкого астероида нет, не то что планет. Осколок снова внутри звёзды?
Каэл покачал головой, не отрывая взгляда от пустоты перед собой.
— Осколок Разума способен изменять реальность. Он находится на планете, которую мог спрятать от посторонних глаз, изолировав её не только физически, но и псионически. Это место — ловушка для разума.
— Ловушка для разума? — Эд шумно выдохнул, разведя руками. — Отлично. Всё хуже, чем я думал.
— Вот это поворот, — пробормотал Джек, облокачиваясь на консоль. — И как же нам его найти, если планеты нет?
Каэл опустился на колени в центре рубки. Его лицо оставалось неподвижным, но мышцы рук дрожали, когда он положил ладони на холодный металлический пол. Пространство вокруг него, казалось, стало тяжелее, словно сама реальность начала давить на каждого в комнате.
— Все оставайтесь на своих местах, — тихо, но решительно сказал он. — Это будет нелегко.
— Нелегко? — Джек нервно оглянулся на мониторы. — Каэл, ты хоть знаешь, что делаешь?
— Знаю, — коротко ответил элдарианец. — Но вы можете не понять.
Он закрыл глаза, и рубка внезапно погрузилась в гробовую тишину. Даже привычный гул систем корабля, казалось, замер. Воздух наполнился странным напряжением, словно корабль вошел в зону сильного гравитационного поля.
— Что за… — начал Эд, но тут же замолчал, когда почувствовал, как по коже пробежал странный электрический разряд.
Каэл начал говорить, его голос звучал как шёпот, но слова резонировали в головах каждого члена экипажа. Это был не их язык, а древние псионические формулы, которые, казалось, переплетались с самой тканью реальности.
Пол под его руками засветился бледным фиолетовым светом, который начал распространяться по всей рубке. Пространство вокруг Каэла начало искривляться, как будто невидимая сила вбирала его в себя. Линии и очертания интерьера корабля начали дрожать, расплываясь, как отражение в воде.
— Джек, — Эд схватился за поручень. — Это... нормально?
— Пока всё в порядке, — неуверенно ответил Джек, хотя его взгляд был прикован к Каэлу.
Элдарианец поднял руки, словно скульптор, пытающийся вылепить невидимую форму. Вокруг его ладоней начали танцевать сполохи энергии, напоминая грозовые разряды. Они быстро становились ярче, наполняя рубку ослепительным сиянием.
— Реальность... сопротивляется, — проговорил Каэл, сквозь зубы. Его голос звучал напряжённо, но решительно.
Вдруг через обзорное стекло что-то изменилось. Пустота, окружавшая красного карлика, начала искривляться, как будто что-то огромное пыталось прорваться сквозь барьер. Изогнутые линии пространства напоминали огромный купол, который вот-вот разорвётся.
— Я почти достал её, — пробормотал Каэл. Его голос звучал глухо, словно доносился издалека. — Но мне нужно больше...
Он вытащил из своей мантии небольшой кристалл, который сиял фиолетовым светом, Осколок Силы.
— Это опасно, — прошептал он, глядя на кристалл, словно взвешивая своё решение.
— Каэл, ты уверен? — Лия подошла ближе, её голос звучал обеспокоенно.
— У нас нет другого выбора, — ответил элдарианец.
Сжав кристалл в руке, он глубоко вздохнул. В тот же миг рубку озарил ослепительный свет. Энергия хлынула через тело Каэла, словно бурная река, вырывающаяся из плотины. Его глаза вспыхнули алым светом, а поток псионической силы стал настолько мощным, что воздух в рубке задрожал.
— Это... невероятно, — пробормотал Джек, глядя на световые вихри, которые окружали элдарианца.
Каэл поднял руки, словно дирижёр, управляющий космическим оркестром. Пространство за обзорным стеклом начало искажаться, как будто невидимая сила разрывала завесу между мирами.
— Реальность уступает, — проговорил он, голос его звучал одновременно спокойно и мощно.
Вдруг сквозь пустоту проявились слабые очертания планеты. Они становились всё чётче, пока перед ними не предстала огромная сфера с древней, иссечённой трещинами поверхностью. Свет, струившийся из этих трещин, напоминал пульсацию живого сердца. Каэл издал громкий крик, когда последний поток энергии вырвался из его тела. Завеса реальности разорвалась, и планета окончательно вернулась в обычное пространство.
Элдарианец рухнул на пол, тяжело дыша. Кристалл в его руке тускло мерцал, а лицо Каэла было бледным, но удовлетворённым.
— Ты сделал это, — прошептала Лия, её голос был полон изумления.
— Не я, — ответил Каэл, пытаясь подняться. — Это Осколок. Без него я бы не справился.
Планета была темна, её поверхность вся была испещрённой глубокими трещинами, а атмосфера вокруг неё сияла слабым фиолетовым свечением, словно сама планета была живым существом, наблюдающим за ними.
— Вот она, — прошептал Каэл, открывая глаза. — Мы её нашли.
