Гера. Детектив полностью

Дамир сидел молча, рассказав только, что у них в «Golden Kids» хорошая система видеонаблюдения и внутри и на улице. Одна камера даже захватила сцену нападения около большого дерева на углу. Полицейские и следователи внимательно изучили записи. Пока никаких новостей от них нет. Хозяин отеля просил передать, что она может оставаться здесь сколько нужно.

— Я тоже смотрел эту запись! — не выдержал Автандил. — у машины под деревом номера были переклеены. — Сверху наклеивают такую пленку. Днем не отличишь, а ночью отсвечивает по-другому. У меня так машину угнали и переклеили, а задний фонарь с трещинкой был. Вот по фотографиям и нашли. И Геру твоего найдем.

— У него нет трещинок, — попыталась пошутить девушка. — Он вообще самый замечательный.

Слезы вдруг покатились по обеим щекам, и Наташка поняла, что влюбилась в этого парня, и он стал самым дорогим человеком в ее жизни. Все кинулись ее успокаивать, что-то предлагать, гладить по голове и обнимать… Она как-то безразлично принимала эти знаки внимания и сопереживания, упрямо повторяя про себя, что он сказал ждать его здесь. Он обещал забрать ее. Значит так и будет.

Успокоившись, она вспомнила, что еще не звонила сегодня маме. Помня ее подозрительность, попросила Нино помочь в разговоре и как-то все сгладить. Она знала, что мать все почувствует. Автандил был решительно настроен все объяснить, но с него взяли слово, что он останется в комнате во время разговора.

Дамы расположились за столиком на балконе. Тут Наташа вспомнила, что ее сотовый так и лежит в сумке без аккумулятора. Ну, теперь-то уже не было смысла от кого-то шифроваться. Едва она включила его, посыпались сообщения, что номер такой-то несколько раз звонил вчера и сегодня.

Она собралась и позвонила маме.

Виктория Борисовна накинулась с вопросами, не доверяя словам дочери. Только после того, как она услышала в трубке спокойных голос «соседки», с которой Наташа пила чай на балконе, подозрительная мама переключилась на Нино. Правда, та в свою очередь сама налетела на Викторию, выговаривая той, что дочь не ходит на завтрак, а вместо обеда у нее только фрукты. Да где это видано, чтобы ребенок так себя изводил! Это все модные штучки диетологов, которым только голодом морить людей. Она понимает, что девочка хочет быть привлекательной, сама такой была…

Наташа отвернулась в сторону, чтобы не выдать себя смехом, который после ночного стресса был другой крайностью. Нино, разговаривала с Викторией в доверительном тоне, словно они были давними подругами. Она даже пообещала взволнованной матери приглядывать за этой парочкой, хотя парень на вид положительный. Нет, живет в другом номере… Впрочем, разве за ними углядишь, молодежь нынче совсем иная пошла. Хотя к обеду возвращаются с пляжа… Да, у нас балконы рядом.

Бедный Автандил едва сдерживался, оставаясь в номере и непрерывно измеряя его шагами. Ему так и не дали поучаствовать в спектакле, и он ощущал себя обделенным. Еще немного поболтав на отвлеченные темы, гости удалились, решив, что девушке нужно отдохнуть после всего пережитого, но взяли слово, что она непременно позвонит им, если будут новости или потребуется помощь. Их участие было приятным и неожиданным. Как, впрочем, и все происходящее с Наташей за последние несколько дней.

Она сама удивилась, припомнив, что в четверг впервые заговорила с Герой, а сегодня было воскресенье. Надо же, безобидное предложение сокурсницы выведать у «ботаника» с их потока о каких-то таблетках, которые помогают запомнить солидный учебник за пару часов, стало каким-то поворотным событием в жизни Черняевой из Беляево. Так кто-то в шутку прозвал ее на первом курсе. Вот и приклеилось. Она сама не заметила, как привыкла к тому. Неужели человек ко всему привыкает. И она так же привыкнет, что рядом должен быть Гера… В какую историю он вляпался?

Скорее это связано с его необычными способностями. Поначалу Наташе казалось, что это какая-то бравада или метод знакомиться с девушками. Ведь теперь в интернете каких только советов нет. За несколько дней она сама убедилась, что с Герой что-то не так. Вернее, она поняла, что он особенный. Поначалу это даже испугало, но постепенно она втянулась в эту историю. Хотя, если быть честной, она туда запрыгнула. Не подумав. С разбега. На последнюю ступеньку, последнего вагона, уносящегося куда-то поезда.

Эта история с родословной Игнатьевых… Неужели он так досконально ее изучал, копаясь в библиотеке, да еще убедил принципиального Лифшица написать письмо в Отдел рукописей Эрмитажа. У нее никогда не было мысли о том, чтобы покопаться в чьих-то письмах или семейных альбомах. Хотя та фотография Анны и Сережи в Ленинграде 1935 года затронула какие-то струны в ее душе. Ведь она в свои двадцать лет ничегошеньки о том не знает. Жаль, ей не удалось поговорить с бабой Тоней. Расспросить бы обо всем, да теперь не у кого.