Иолай, молю тебя, принеси мне холодной воды, — простонал Геракл. — У меня горит голова! Оловянный карандаш расплавится, если его положить мне на лоб!
Иолай тревожно взглянул на друга и, поджав губы, пошел выполнять просьбу.
«Не понять мне, — подумал Иолай. — Зевс ли стал таким мягкосердечным, или же кара, о которой он говорил, вовсе не такая легкая, как кажется? И как переживет все это Геракл, как искупит он свою вину?»
Когда Иолай вернулся с кувшином холодной воды, Геракл даже присел от мучительной боли, которая как обручами сжала его голову.
Лей, — закричал Геракл, бешено вращая глазами, — Лей же, не жди, о Иолай!
Иолай быстро присел над другом и наклонил кувшин. Вода тонкой струйкой полилась на разгоряченный лоб несчастного, облегчая его страдания.
Геракл застонал и пошевелился. Иолай перестал лить и спросил:
Ну как?
Вроде бы, легче, — неуверенно произнес сын Зевса.
Но тут его скрутил новый приступ боли.
О мой отец! — закричал несчастный, простирая дрожащие руки к небу. — Только сейчас понял я, что не были пустой шуткой сказанные тобой слова! Но как же я смогу перенести выпавшие на мою долю страдания, как победить мне ужасную болезнь?
Но было поздно, не отзывался Зевс. Геракл выл и катался по земле, ногтями раздирая себе грудь.
О Зевс! — кричал он. — То что не сумела Гера, сделал ты! Ты не поверил мне и не захотел избавить меня от ужаса преследований Геры! Теперь я покинут даже тобой и вынужден один на один доказывать свою правоту!
Свет не мил был Гераклу, и катался он по земле в страшных судорогах, и чудилось ему хохочущее лицо злобной богини Геры…
Вконец измучила Геракла злая болезнь. Что ни ночь — не может сомкнуть глаз герой. До предела исстрадался Геракл, покраснели глаза его, а вокруг них легли широкие темные круги.
И только редкие дни были дарованы Гераклу, когда отступала боль. Она тогда переставала мучить героя и забиралась в свою нору, чтобы передохнуть и с новой силой начать терзать его могучее тело.
В один из таких дней сидел Иолай возле постели несчастного Геракла, потому что позвал его герой, дабы посоветоваться. Им надо было решить, что, в конце концов, делать, как прекратить ужасные страдания, из-за которых света белого сын Зевса не видел.
У тебя же есть брат Аполлон, — напомнил Гераклу Иолай. — Не может ли он помочь тебе?
Геракл задумался.
А ведь верно! — воскликнул он. — Аполлон-то мне и поможет! Ведь он не только бог солнечного света, он также избавляет людей от бед и несчастий!
Он повеселел.
Завтра же иду к нему! — объявил Геракл и победно посмотрел на Иолая.
Тот кивнул.
А не лучше ли обратиться к сыну Аполлона? — вдруг спросил Иолай.
К сыну? — удивился Геракл неожиданному вопросу. — Почему?
Ты разве не слышал, что у Аполлона есть сын Асклепий? Все говорят, что он очень разумный юноша, подает большие надежды. У него удивительные способности к врачеванию. Кстати, может быть, тебе будет приятно узнать, его учил кентавр Хирон.
Ты не шутишь? — спросил Геракл и улыбнулся.
Он вспомнил своего старого учителя, под внимательным присмотром которого постигал науки.
«Кентавр Хирон… — подумал герой. — Вот бы все кентавры были, как этот Хирон. К сожалению, чаще встречаются такие, как Несс, которого мне пришлось убить…»
Кентавр Хирон — это хорошо, однако я не уверен, что даже у способного молодого человека хватит умения избавить меня от моего недуга. Ведь ты понимаешь, Иолай, речь идет не о простой болезни…
Понимаю, — согласился Иолай.
Так что все-таки надежней, мне кажется, обратиться к Аполлону!
Хорошо! — опять согласился Иолай.
Они помолчали.
Да! — обратился Геракл к Иолаю, вспомнив очень важную деталь, — а ты не знаешь, где его можно найти?
Теперь задумался Иолай.
Не знаю, — покрутил он головой. — Послушай, а давай спросим у Деяниры?
Геракл рассмеялся:
Что может знать глупая женщина? Ладно! — согласился Геракл, заметив, как помрачнел Иолай.
Его юный приятель не любил непочтительного отношения Геракла к своей жене. Иолай считал, что женщин надо носить на руках только за то, что они женщины.
«Вот сумасшедший!» — снисходительно думал Геракл о таких мыслях друга.
Позвали Деяниру.
Вы — доблестные воины и путешественники, вы должны это знать, — ответила Деянира. — Я же почти всю жизнь свою просидела дома. Сначала это был дворец моего отца Ойнея, потом-дом моего мужа Геракла! Один раз в жизни я путешествовала, да и то — это была дорога от отцовского дворца к дому мужа. К тому же, случай с этим падким на женщин кентавром надолго отбил у меня охоту к перемене мест! Так что ничего я не скажу вам про Аполлона! — подвела итог Деянира и ушла к себе на женскую половину.
Геракл развел руками.
Видал? — обратился он к приятелю.
Видал! — тяжело вздохнул тот. — Что же делать?
Геракл почесал пятерней затылок.
Может, просто попробовать найти его на Олимпе? — предположил Иолай.
Геракл покрутил головой.
На Олимпе он не сидит, там греют кости только старые боги, такие как сам Зевс! А мой брат все время в делах, заботах, разъездах… Да и не полезу я на Олимп!
Почему? — удивился Иолай. — Неужели тебе это не по силам?
