Мне не разрешалось пропускать школу, поэтому я ходила туда каждый день, с адской болью натягивая на горящую спину свое старое платье и зимнее пальто. Столько лет прошло, столько в жизни изменилось, но я до сих пор с удовольствием вспоминаю, сколько всего еще я вытащила у этих скряг, чтобы угостить своих друзей - и сладкие пирожки, и сахар рафинад, и конфеты, и печенье! Если что где лежало неправильно, оно тот час же попадало ко мне за пазуху, а оттуда на луг. Туда же отправлялись яблоки и груши из сада, сладкий виноград. Стегая одеяла, я имела доступ к ниткам, иглам, материи, и, конечно же, пользовалась этим. Сколько ниток и иголок я украла, чтобы отдать своей подружке, чья мама зарабатывала пошивом постельного белья! Конечно, иногда меня ловили и я получала за все сполна, но это не останавливало меня, а наоборот укрепляло веру в мою правоту и распаляло разгорающийся внутри меня бунт!
Взрослея, я твердо решила бросить этот дом, начать жить заново, как только скоплю хоть немного денег. Я стала подрабатывать в поселке - то в квартире приберусь, то за покупками кому схожу. Все меньше времени я уделяла сну и отдыху, пару раз даже падала в обмороки, но отступить уже не могла - слишком твердо я решила не связывать свою судьбу с этим домом и с этим местом вообще!
Не смотря на постоянно окружавших меня людей, на доброту и нежность Арины, на друзей, ждущих меня на лугу, я была одинокой. Девять лет я прожила одна во флигеле. Разве должен ребенок так жить? Как описать мое одиночество? Представьте себе стеклянный герметичный куб, вокруг которого кипит и цветет жизнь. А я жила внутри этого куба. Поначалу Арина и Степан брали меня к себе ночевать, но когда хозяева узнали об этом, наказали обоих и запретили мне ночевать где-либо кроме моего флигеля. Девять лет, девять долгих-предолгих лет я засыпала и просыпалась одна, училась справляться со страхом темноты, заботилась о себе сама, росла телом и душой, впитывая в себя окружающий мир, его красоту и ужас, его совершенство и несправедливость. Когда я болела, за мной ухаживала только Арина, да и то, когда успевала переделать все дела. Хозяева ни разу не переступили порога моего дома, что меня очень радовало. За девять лет самообразования я научилась многому и многое узнала, стала серьезной, замкнутой и жутко взрослой. Перечитав тысячи книг, я знала намного больше, чем ученики обычной школы. Взрослея, я становилась сдержаннее и умнее, у меня был план и я медленно, но уверенно приближалась к его исполнению.
Я не буду долго рассказывать о всех тех несправедливостях и лишениях, которые претерпела никому не нужная сирота в тяжелом детстве и юности, я ведь не одна такая на свете. Девять лет проползли мимо меня длинной чередой затяжных дождей и метелей, сменяющихся быстротечными веселыми солнечными днями.
Глава 2
Весна 2007 года. Из моего окна было видно ивы, распускающиеся на берегу реки, вьющейся по лугу. Когда я попала в тот дом, эти деревья были молодыми и изящными, теперь же они гордо возвышались на берегу, низко склонившись к прозрачной воде. До восхода солнца оставалось два часа, не более. Я взглянула на будильник - четыре часа утра, мгла только начала расступаться, уступая дорогу еще прохладному весеннему солнцу. Сквозь эту темноту начинали проступать самые дальние объекты - холмы за рекой, купол церкви.
В то утро у меня было приподнятое настроение - моя жизнь должна круто измениться именно сегодня, именно сейчас! Я бросила взгляд на маленький чемодан у двери - я собрала его еще вчера. Он достался мне совершенно случайно - я нашла его плывущим в реке на прошлой неделе и посчитала это знаком того, что пора уходить. Я положила туда свои самые приличные вещи, обувь, свой собственный томик Фицджеральда и все накопленные деньги. Сколько я могла собрать за восемь лет подработки? У меня было около пяти тысяч, которых мне должно было хватить на то, чтобы добраться до города, снять квартиру и найти работу. У меня были долгоиграющие планы, я собиралась поступить в университет, ведь мне уже было 16 лет! На прошлой неделе я получила аттестат зрелости в нашей церковной школе и хозяева собирались отдать меня в поварское училище, а затем выдать замуж за подходящего молодого человека. Арина, кажется, говорила мне, что это внук двоюродной сестры Пелагеи Федоровны - противный рыжий парень, любящий мучить кошек.
Арина, Арина… Моя любимая Арина, с которой я должна была расстаться! Только мысль о ней заставляла меня сомневаться в своем решении. Годы не сжалились над ней - под глазами появились морщины, после рождения двойни она заметно раздалась. Но это не изменило мою отзывчивую и добрую подругу, заменившую мне мать. Я не сказала, что ухожу, но незаметно попрощалась с ней вчера во время ужина. Я знала, что вряд ли увижу ее еще, но оставаться в этом доме я более не могла. Подчиниться такой судьбе, которая была меня совсем недостойна? Нет, я могу больше и достигну большего, нужно только собрать все силы и попрощаться с теперешней жизнью, порвать со своим прошлым навсегда!