Эти слова являются сутью лютой ненависти к Иисусу Христу, которую носят евреи в своём нутре. Для них Христос — это предатель и изгой, проклятие которому каждый еврей должен произносить на дню не менее трёх раз.
Другой еврейский псевдо-пророк — это Альфред Керр. Он — театральный критик, осчастливливающий своей критикой все берлинские театры. Керра печатает «Берлинер Тагеблатт». Его слово значит многое для судьбы актёров и персонала театров. Однако Керр не ограничивается только критикой, а также находит время и для писания и книг тоже. Его друг и личный биограф Иосиф Шапиро приводит следующее высказывание Керра.
«Друзья, что значит характер? — Часто совершенно противоположное, что был в действительности, поскольку наше изображение чрезвычайно ограниченно».
Керр тоже полез дискутировать личность Иисуса Христа, покоя он им не даёт, в своей книге «Мир в свете» (“Die Welt im Licht”. 1913). В то время, как Людвиг хотя бы старается соблюсти внешние приличия и литературную серьёзность, Керр отбрасывает все рамки и переходит к прямому поношению. Керр заявляет:
«Я вполне могу расслышать, как Иисус Христос ботает на еврейской фене. Оскар Уайльд дозволяет Христу говорить на греческом. — Чушь. — Христос ботал на еврейской фене».
Нет ничего удивительного, что предположительно лирическая поэма данного автора (Caprichos, 1921) является просто собранием отвратительной сексуальной гнусности.
Следующий автор — Георг Херман (George Hermann) представляет нечто совсем другое. В его политическом дневнике, озаглавленном “Randbemerkungen” («Записки на полях». 1919) он представляет вероисповедание слабого, опустившегося человека, лишенного всякой морали и внутренней опоры.
«Как еврей, я принадлежу к расе, которая слишком стара, чтобы быть оболваненной массовым внушением. Такие слова как Нация, Родина, Долг, Война и Государство для меня лишены всякого цвета и запаха».
Космополитическая, интернациональная ментальность еврейского народа отражается в следующем признании:
«Независимо на каком языке говорю, я чувствую себя дома в любой стране мира, где есть прекрасные женщины, цветы и искусство, хорошая литература, шахматы, приятное цивилизованное общество, и где хороший климат и привлекательные пейзажи».
Тем не менее Херман признаёт, что еврейская раса несёт ответственность за распространение негативизма и нигилизма по отношению к обществу и государству. Херман объявляет:
«Еврейское отрицание национальной идеологии государства, в котором он находится, это принципиальный источник еврейского эволюционного развития и внутренних качеств еврейства».
— Прекрасное определение паразитизма.
Суть пропаганды Хермана во время войны была очень проста — это была широкая пропаганда трусости.
«Пять минут трусости гораздо лучше, чем быть мёртвым».