Слух о том, что Помпилио Чезаре Фаха дер Даген Тур весьма болезненно воспринял смерть Лилиан дер Саандер, разлетелся по Кардонии едва ли не в день покушения. Поговаривали, что взбешённый бамбадао лично убил нескольких террористов и назначил немыслимую награду за голову неуловимого Огнедела. Впрочем, о втором не поговаривали, это был общеизвестный факт. Ещё шептались, что печаль победила железную волю, и знаменитый путешественник стал наркоманом.
Слухи проникали даже в Линегарт, но поглощённый собственными проблемами Арбор не обращал на них особенного внимания. И только теперь понял, что слухи не врали.
— В тот день я перестал быть консулом, мессер, — медленно произнёс Махим. — Я согласился с доводами синьоры… адиры дер Саандер и протянул Дагомаро руку. К сожалению, Винчер её оттолкнул.
Ответ прозвучал обвинением. Собственно, это и было обвинение: если Огнедела нанял не Арбор, то или Арбедалочик, или Дагомаро. А если ушерский консул действительно отверг протянутую руку, он становился главным претендентом на роль нанимателя. И потому дер Даген Тур потребовал доказательств:
— Кто может подтвердить последнее заявление?
— Мы общались наедине.
— В таком случае вернемся к Огнеделу, — после короткой паузы произнес Помпилио. — Я знаю, что Лилиан убедила тебя пойти на уступки, я знаю, что приказ убить её, скорее всего, отдал не ты. Но ты мог нанять Огнедела до начала переговоров.
— С целью?
— Надавить на Ушер. Это же очевидно.
Безусловно, очевидно. Однако Махим, при всех своих недостатках, никогда не окунался в самую грязь.
— Я не такой.
— Ты — может быть, — не стал спорить дер Даген Тур, — но у Компании, у Арбедалочика, иные принципы: всё ради победы. Ты не знал?
— Если они наняли Огнедела, мне об этом ничего не известно.
— Чем ты готов подтвердить свои слова?
— Жизнью детей, — хрипло ответил Махим, глядя адигену в глаза.
— Ты сказал, — спокойно произнес Помпилио. Он принял клятву.
А в следующий миг Арбор почувствовал облегчение. Да, он сказал, да, он поклялся самым дорогим, что у него есть, но он не лгал, и это главное. Он не имеет отношения к смерти Лилиан.
— Что теперь?
Они ведь ещё в поезде, а не в безопасной "Длани справедливости"; на Кардонии, а не в адигенском мире. Они так уязвимы…
— Теперь я буду защищать тебя и твою семью, — спокойно ответил дер Даген Тур. — Моё слово.
— Вельд!
Амалия не стала помогать горничной собирать детей. Нет, она сходила в детскую спальню, рассеянно поцеловала ничего не понимающих ребятишек, сказала, что "папа придумал новую игру", но всё время поглядывала в коридор. И, убедившись, что Помпилио не собирается покидать гостиную, выскользнула из детской и подошла к начальнику охраны.
Который как раз выговаривал оплошавшему телохранителю.
— Он мог тебя убить.
— Да, — виновато признал охранник.
— А потом всех нас.
— Да.
— Какие-нибудь ещё слова помнишь?
Несчастному осталось лишь вздохнуть.
— Я слушаю!
— Он как будто знал, где я стою, — развёл руками оплошавший. — Не догадывался, не предполагал, а именно знал. Хотя не заглядывал в тамбур — дверь всё время была плотно закрыта. Он ворвался внутрь и сразу же оказался рядом, не оглядывался, даже на мгновение не замер. Я просто не успел.
— Это же бамбадао, — протянул другой телохранитель.
— Он опытен, — недовольно отрезал Вельд. — Он посмотрел, как тамбур устроен, прикинул, где должен располагаться охранник, и разработал план атаки. Бамбадао не волшебники, они просто хорошо тренированы.
— Да, — уныло согласился провинившийся.
Однако Вельд видел, что магическое слово "бамбадао" произвело на его людей неизгладимое впечатление, и решил немного поднять им настроение.
— Синьор Махим уверен, что сможет договориться.
— О чем?
— Не наше дело. Главное, что синьор Махим абсолютно спокоен.
— Надеюсь, святая Марта нам поможет.
— Вельд!
Начальник охраны жестом отправил людей по местам и повернулся к Амалии.
— Синьора?
Женщина подошла ближе и прошептала:
— Адигену нельзя верить.
— Почему?
Глаза лихорадочно блестят, губы подрагивают — Вельд видел, что Амалия напряжена до самого последнего предела, и постарался говорить максимально спокойно.
— Адиген всё равно убьёт Арбора.
— Синьор Махим так не считает.
— Откуда ты знаешь?
— Я вижу, как он себя ведёт.
— Арбор слишком доверчив! — Женщина с трудом сдержала крик и сбивчиво продолжила: — Адигены понимают, что смерть Арбора вызовет волнения, которые особенно выгодны сейчас, во время войны. Я уверена, что этот Даген Тур обязательно убьёт Арбора!
— Что вы предлагаете?
— Я не знаю! — Амалия хрустнула пальцами. — Я не знаю, Вельд, но вы поклялись защищать моего мужа! Придумайте, как нам спастись!
— Вот ведь неугомонные! — Гуда осторожно заглянул за край, убедился в том, что не ошибся, а главное — в том, что не был замечен во время предыдущего подглядывания, вновь вернулся на заднюю площадку паровоза, опёрся на поручень и вслух осведомился: — И что делать?
Поезд отозвался бодрым перестуком колёс, фактически — промолчал, и Нестор с грустью понял, что подсказок не будет.
На крышу Гуда забрёл случайно.
