— Холь никогда не разменивался на мелочи, но никогда не предпринимал подобных мер безопасности. Если судить по ним, инженер относится к нынешней работе предельно серьёзно.
— Да, похоже.
Менсалийская научная школа приказала долго жить одновременно с началом гражданской войны: беспощадные погромы, которые стали визитной карточкой первых месяцев конфликта, не способствуют развитию академической мысли. Закрывались университеты и школы, разбредались по спокойным мирам преподаватели, уезжали исследователи и естествоиспытатели. Наука и образование показались ненужными, детей в первую очередь учили военному делу, а не алгебре, и теперь планета, которая всего тридцать лет назад строила собственные паротяги, с трудом обеспечивала внутреннюю потребность в людях, обладающих навыком чтения и устного счёта.
Большинство молодых менсалийцев знать не знали, в чём смысл словосочетания "научные исследования", однако Рубен и Фил могли похвастать неплохой подготовкой и понимали, какую опасность могут таить секретные эксперименты знаменитого изобретателя.
Или — какие перспективы.
— Холь явно нацелился на грандиозное открытие. В противном случае он не сумел бы уговорить Веню на столь серьёзную помощь.
— Согласен, мой господин, — склонил голову одноглазый контрразведчик.
— Что это значит для нас?
Лекрийский лично воспитал Саймона и не сомневался, что тот потратит на поиск правильного ответа считаные мгновения:
— Компания наверняка заинтересуется изобретением.
— А Компания умеет быть благодарной, — тут же бросил Рубен.
Для подавляющего большинства обитателей Герметикона данное утверждение звучало как минимум спорным, однако Лекрийский произнёс это убеждённо, ничуть не сомневаясь в его искренности: старик был верным и последовательным проводником интересов Компании на Менсале, за что получил от коллег кличку Галанит.
— Полагаю, Сай, нам придётся рискнуть и разузнать о происходящем в форте Карузо. Нам нужно изобретение Холя, если оно существует, разумеется, и не нужно усиление Мритского.
— Да, мой господин.
— Займись.
На взгляд Лекрийского, совещание завершилось жирной точкой: Фил получил конкретный приказ и должен был немедленно приступить к исполнению. Старик раскрыл лежащую на столе папку с отчётом Интендантского департамента, но тут же отвлёкся на деликатный кашель, который издал одноглазый.
— Ты ещё здесь?
— Есть один нюанс, мой господин, — предельно вежливо произнёс контрразведчик. — Хочу обратить ваше внимание, что нынешнее дело достаточно сложное, причём не в технической части, а в интеллектуальной. Нам будет противостоять светило науки, человек безусловно умный, изобретательный, действующий в команде с известным подлецом Веней…
— Зануда.
— Мы должны понимать, что происходит, мой господин. Нам нужен классный эксперт.
В словах Саймона был определённый резон, однако Лекрийский уже обдумал идею привлечения специалиста и отказался от неё:
— Я не стану обращаться к Компании на данном этапе.
Рубен дорожил репутацией и не хотел выставлять себя дураком.
В Компании ценили победителей, а к старикам относились насторожённо, охотно отправляя на покой тех, кто перестал выдерживать бешеный темп гонки. Если информация о Холе окажется "пустышкой" или же просто не заинтересует Компанию, то поползут слухи, что Галанит уже не тот и на Менсале должен появиться новый, перспективный игрок. А уходить Рубен не планировал.
— Понимаю, мой господин, — кивнул Саймон. — Поэтому я вспомнил о нашем добром друге из Шпеева Уру Клячике, который ведёт дела с авторитетным учёным Руди Йорчиком, уроженцем благословенной Галаны. Уру упоминал, что в последнее время Йорчик частенько навещает Шпеев.
— Что ему здесь нужно?
— Уру отказался уточнять.
— Интересно… — Лекрийский слышал об Йорчике и понимал, что столь значимой персоне нечего делать на опасной Менсале. Глава крупной промышленной корпорации должен отдавать приказы из уютного кабинета, рисковать шкурами подчинённых и приписывать себе их заслуги. Дело, требующее личного присутствия и переговоров с деятелями, вроде Клячика, должно быть необычайно важным, возможно — личным, и очень странно, что сей важный факт прошёл мимо внимания Фила.
— Я могу телеграфировать Уру, — продолжил одноглазый. — И если Йорчик здесь…
— Пригласи его, — кивнул Лекрийский. — Слетай в Шпеев и пригласи лично. Йорчик — большая шишка, к нему нужен подход.
— Да, мой господин.
— А заодно попробуй выяснить, что за дело у него с Клячиком.
— Переход завершён, господин Йорчик, — громко, потому что после Пустоты всегда получалось громко, доложил капитан Сварчик. — Добро пожаловать на Менсалу, сферопорт Шпеев.
