Смотрю ей в сводящие с ума глаза, замечаю приоткрытый рот, обнажающий красивые ровные белоснежные зубы, ее учащенное дыхание, и мой взгляд снова тянет вниз. Смотреть и не видеть этого невозможно.
Настя подходит ближе и садится на край стола. Теперь я не только вижу, но и ощущаю ее влекущий запах. Не знаю, какой у нее парфюм, но женские феромоны работают однозначно. Чувствую нечаянное движение у себя где-то внизу, злюсь и резко встаю. Одновременно со мной встает и Настя, и мы оказываемся лицом к лицу. Ростом она и без каблуков не ниже меня, и висевший все эти дни дебаф получает новый уровень:
Очарованный II (24 часа)
Вы были очарованы объектом противоположного пола «Анастасия Семенова».
Ее репутация в ваших глазах: +75.
Ваше текущее отношение к ней: Дружелюбие 45/60.
−5 к интеллекту.
+2 к силе.
−10 % удовлетворённости каждые 6 часов.
+15 % метаболизма.
Внимание: гарантирована спонтанная эрекция!
Внимание: для снятия дебафа ограничьте контакты с объектом вожделения или вступите с ним в половую связь.
Медленно, как по минному полю, я делаю шаг в сторону, преодолевая желание немедленно обнять девушку и впиться в ее губы. Сердце колотится, вырываясь из груди, дыхание настолько учащенное, что, боюсь, по мне уже все видно. Настины губы растягиваются в широкой улыбке, она делает шаг в ту же сторону, снова оказываясь передо мной, обнимает, и, подтянув мою голову за подбородок, шепчет:
– Ну что, Филипп Панфилов, познающий шестнадцатого уровня социальной значимости, поговорим?
Меня будто окатывает ведром ледяной воды. Отпрянув, я некоторое время смотрю на девушку, ничего не отвечая. Еще одна с интерфейсом? В этом все ее странности? Но зачем она здесь?
– Фил, успокойся, – мягко, но одновременно твердо просит Настя. – Все хорошо, все нормально, я не причиню тебе вреда.
– У тебя тоже?
– Интерфейс? Так ты это называешь?
– Ну да. Интерфейс, система, дополненная реальность…
– Я тебе все расскажу. Правда. Просто давай сменим обстановку?
– Можно в ресторан какой-нибудь…
– Нет, там люди. Поговорить надо наедине, только не здесь. Вахтерша уже приходила, категорически интересовалась, когда мы закроем офис – ей здание надо закрыть. Может к тебе? – На ее последних словах снова чувствую движение у себя внизу.
– Хорошо, давай ко мне.
– Прежде, чем мы уйдем отсюда… – Настя задумывается, формулируя мысль. – Просто хочу, чтобы ты знал – мы гордимся тобой.
– Вы?
– Да, мы. Расскажу, только не здесь. Идем.
Мы выходим из офиса, и Настя запирает дверь. Спустившись, будим старуху Ираиду Павловну на вахте, и та, ворча, выпускает нас из здания.
– Пройдём пару кварталов, – говорит Настя. – У меня там машина.
По пути я задаю вопросы, но она только улыбается, обещая ответить у меня дома. Через пару улицу сворачиваем в неприметный дворик, где припаркован ее автомобиль. Мы доходим до серебристого двухдверного «Каймана», и пока я, разинув рот, стою, пытаясь сопоставить хищные обводы спорткара с ее владелицей, девушка изящно опускается на водительское сиденье.
– Садись, Фил!
День полон сюрпризов, а вопросы, одолевающие мой разум, множатся быстрее колонии бактерий. Я сажусь в салон, утопая в широком кожаном кресле, и называю адрес своего дома.
– Ща домчим! – зловеще обещает девушка, выезжая из дворика, а потом вдавливает педаль в пол.
Преодолевая силу ускорения, вдавившего меня в кресло, я пристегиваюсь, и следующие минут пять не думаю ни о чем, кроме как о том, чтобы остаться в живых. Девушка искусно лавирует в потоке машин, обгоняя, подрезая и вклиниваясь в любой зазор.
Мы подъезжаем к контрольному пункту жилого комплекса, Настя опускает стекло с моей стороны, я киваю охраннику, и тот поднимает шлагбаум.
Впервые, после ухода Вики, ко мне домой заходит девушка. Да какая! Я буду последним лгуном, если скажу, что это меня не будоражит. Может, виной тому дебаф очарования, а, может, я получил бы такой дебаф и без всякого интерфейса. Но развитые в последнее время навыки самоконтроля позволяют мне спокойно устроить девушку на диване в гостиной и заняться приготовлением ужина. Настя порывается помочь, но я отказываюсь:
– Я «Кулинарию» прокачиваю, справлюсь сам.
В который уже раз за вечер она улыбается, кивает и оставляет меня хозяйничать. Ничего серьезного я готовить не собираюсь – выгружаю из холодильника вареную индейку, разогреваю и быстренько сооружаю салат, порезав мясо и добавив консервированной кукурузы, фасоли и зелени. Уходит у меня на это минут десять.
За ужином вижу, что Настя тоже проголодалась. Мы молча едим, активно работая вилками, причем девушка доедает первая и встает:
– Сиди, ешь. Чай, кофе? – она снова улыбается. – Я налью, можно?
– Конечно. Давай кофе, а то меня, чувствую, сейчас снова в сон будет клонить. Посмотри в том ящике.
Пить кофе мы идем в гостиную. Я придвигаю журнальный столик поближе к дивану, на котором уже расположилась Настя. Ее поза максимально деловита, и фривольностью здесь уже и не пахнет. Она сосредоточена и готова к диалогу. Как и я.
– Так кто же ты, Настя Семенова?
– Я лучше покажу, – отвечает она.
