Подойдя к Генке, я некоторое время просто изучаю его. Он играет в онлайновый покер, и, судя по всему, на реальные деньги. Выглядит он неважно: старые застиранные джинсы с пятном чего-то масляного на колене, подранные когда-то лакированные туфли, зеленая безразмерная рубашка с коротким рукавом навыпуск, сальные волосы. Он чешет затылок, потом машет рукой, в которой тлеет сигарета, и идет All-In, то есть ва-банк. Задержав дыхание, он замирает, приговаривая:
– Скинь! Скинь! Сука, сука, сука! Не отвечай! А!..
Его единственный оппонент, оставшийся в игре, отвечает на его ставку. Карты у Генки так себе – «Анна Курникова», «АК-47», или просто, «туз-король»[20]. На флопе[21] лежит «двойка», «семерка» и еще один «туз». Таким образом, у Генки «пара» тузов уже есть, а если придет еще «туз», что, впрочем, очень маловероятно, он получит «тройку».
Виртуальный дилер вскрывает карты. Перед вскрытием последней общей карты Генка все еще выигрывает, потому что у оппонента пара «семерок», а они младше Генкиных карт. Замечаю, как мой друг впивается ногтями в ладони сжатых кулаков, весь как-то сжимается и бормочет молитвы. Последней дилер открывает «семерку».
У оппонента три «семерки» – «тройка», или «тройник». Генка так и остается с «парой» и проигрывает. Обнаружив, что он остался без денег, покерное мобильное приложение предлагает ему пополнить баланс.
Мой друг, все еще не видя меня, в пару мощных затягов скуривает сигарету до фильтра, встает и со всей дури бросает телефон об асфальт. Осколки разлетаются у моих ног. Генка замечает, что не один, и смотрит на меня. Подслеповато щурясь – он всегда плохо видел в сумерках, а после яркого экрана смартфона зрение еще не перестроилось – он пытается понять, кто перед ним.
– Здорово! Играешь?
– А, это ты… – сипло отвечает он. – Ты видел?
– Сколько слил?
– Сейчас? – вздрагивает Гена. – Или… Или вообще?
– Про «вообще», думаю, стоит у меня дома поговорить. Я так понимаю, это и есть твоя проблема. А сейчас сколько?
– Да… Занял у одного… Десятку. Все слил только что! Главное, в плюсе хорошем был! До тридцатки поднялся, еще думал надо хотя бы половину снять, этот долг вернуть, а на остальное уже играть!
– Не снял?
– Снял! Снова залил, когда весь выигрыш проиграл, думал отыграться. Ну, ты же видел – просто не повезло, что этому уроду на ривере[22] третья «семерка» пришла!
– Видел. Шансы у тебя были лучше. А телефон что разбил?
– Чтобы больше не играть, – беззвучно отвечает он. – Да… И играть-то больше не на что!
– Ладно, пойдем, расскажешь. Твои? – показываю я на пакеты.
Он кивает. Я подхватываю пакеты с бутылками дешевого пива и какой-то нехитрой снедью – чипсы, сухарики, сушеные кальмары.
– Идем…
У меня дома, спустя несколько бутылок пива – причем, пока я допивал первую, нервничая от нарастающего дебафа алкогольного опьянения, Генка выдул уже три, – я погружаюсь в мрачные воспоминания и размышления, пока мой друг отлучается в уборную.
Мы с ним оба азартны. Бегать по залам игровых автоматов мы начали еще на первом курсе, скидываясь в общий банк деньгами и деля как выигрыши, так и поражения, потому что когда проигрываешь последние деньги, последствия этого легче перенести с кем-то вместе, когда есть с кем поделиться, обсудить, обнадежить наивным «отыграемся!»… Да, не за то отец сына бил, что играл, а за то, что отыгрывался. Конечно, мы не оставались без еды и крыши над головой, живя в одном городе с родителями, но в какой-то момент этот замкнутый круг лично меня окончательно достал. Сами посудите: работать параллельно с учебой в институте, зарабатывать и все спускать в один вечер. И хорошо, если вечер.
Помню, как-то мы с Генкой оба получили зарплату в одном из тех фаст-фудов, куда с легкостью принимают работать студентов. Планы на эти деньги у нас были – Гена хотел взять новый телефон, а я – пригласить, наконец, Маринку с параллельного потока на свидание, а там уже как пойдет, в общем, запас наличности на грядущие отношения мне бы не помешал. Родителей я уже тогда на предмет «подкинуть деньжат» давно не напрягал, стараясь обеспечивать свои развлечения сам. Но нам в головы – одновременно, причем, – пришла хорошая идея. Сходить «покрутить слоты», как мы это называли, на маленькую часть зарплаты. Выигрыш позволил бы Гене взять телефон получше, а мне… Да я уже и не помню.
В общем, мы проиграли то, на что собирались играть, за полчаса. За следующие полчаса, пытаясь вернуть свое – а терять заработанное было обидно – мы играли по повышенным ставкам, проиграли вдвое больше. И осталось у нас примерно по ползарплаты. И тогда нас озарила еще более «гениальная» идея – поставить все, что у нас осталось, на «черное». Да, в том зале была еще и электронная рулетка. Конечно, выпало «красное». Так за час мы выкинули на ветер результат нашего месячного труда.
