— Стало быть, то, что мы чатра, ничего не значит? — удивился Харальд. — Все святые книги учат тому, что война есть безумие, что человек низок в своей жажде власти и крови. Мы поднялись выше обычных людей благодаря своим почти богоравным способностям. И вот выходит, что мы, как и все прочие, жаждем боя и крови. Все впустую!
— Как ты самодоволен, Харальд, — сказал Лао Мин с лёгкой тенью гнева в голосе и взоре. — «Богоравные», «обычные люди». Где же смирение, к которому мы стремимся? До прихода в орден, ты мало что знал о богах, жрецах и монахах — но тем легче даётся тебе учение. И мы выбрали тебя Духом Дракона. Только ли за то, что ты превзошёл все науки и постиг философию?
— Я полагаю, что да.
— И ты снова заблуждаешься. Ибо во всякой мудрости таится страдание. Ты страдаешь не из-за отсутствия веры, но оттого, что веруешь. Вернёмся к началу. Зачем чатра нужен Дракон? Зачем они вообще сражаются?
— Чтобы умереть.
— Предположим, но зачем умирать именно так? Почему бы не уморить себя голодом?
— Потому что на войне воля к жизни проявляется всего сильнее. Человек из всех сил старается выжить. Он заново обретает любовь к жизни.
— А с чем приходится бороться НАМ?
— Со своими сомнениями, — прошептал Харальд.
— Однако ты не думал, что подобные сомнения могут посетить тебя — до того ты был уверен в своей богоравности?
— Да, был — а теперь уже не уверен. Это очень тяжкий грех?
— Ты сам знаешь, что нет. Почему я ещё жив, мальчик? Почему не умер вместе с хагсаенгами несколько месяцев назад?
— Ты был тем избранным, кому предстояло сохранить знания и передать их следующему поколению.
— Но почему я был избран?
— Потому что был самым совершенным из всех.
— Почему тогда орден хагсаенгов возглавлял не я?
— Я тебя не понимаю.
— Как избирают главу?
— Не знаю. Ты никогда мне не говорил.
— Тогда угадай, Харальд.
— Он должен быть самым лучшим. Самым…
— Совершенным?
— Я сказал бы «да», но уже вижу, к чему ты клонишь. Если ты был самым совершенным, почему тогда не был Верховным Ламой? Ну, так почему же?
— Скажи мне сам. Вчера мы проводили ритуал, чтобы прозреть будущее и ты должен был видеть этот наш разговор.
— Я пытался рассмотреть какие опасности грозят Серому Мисалю. Мне недосуг было заниматься подобными мелочами.
— О, Харальд, ты так ничего и не понял! Ты как раз и занимался мелочами — бессмысленными и ничтожными. Какое этой планете дело до того, падёт Мисаль или нет? Мало ли монастырей пало, а орденов исчезло за минувшие века? И что значит для Вселенной их судьба? Или наша смерть?
— Скажи тогда, мастер-наставник, — как избирается глава Дракона?
— А ты ещё не догадался, сын мой?
— Кажется, догадался.
— Тогда скажи.
— Он самый несовершенный из братьев? — тихо спросил варвар, глядя синими глазами в лицо островитянина и жадно надеясь услышать, что это не так.
— Да, самый несовершенный, — печально повторил Лао Мин.
— Но почему?
— Чтобы сделать его задачу ещё более трудной. Чтобы дать ему возможность возвыситься до своего поста.
— А я не справляюсь?
— Еще рано судить об этом, Харальд. Ещё рано…
Краски гор часто бывают скупы, но нарисованы они очень мощными, необычными мазками, которые сильно воздействуют на человека. Вас охватывают изумление и восторг при виде грозной красоты горных пейзажей. Окружающий мир кажется настолько необычным и своеобразным, что его можно сравнить с ландшафтом другой планеты. Этот мир иллюзорен. Он часто наполнен полной тишиной. Но, однако, в горах не царит полное безмолвие: звуки журчащих родников и ручьёв, шум рек и водопадов, свист ветра и крики горных птиц рождают прекрасную, гармоничную музыку дикой природы. Грохот камнепадов или лавин — это тоже реальность гор, заставляющая помнить об осторожности и наглядно осознавать слабость человека перед стихией. Природа гор очень изменчива, она сурова и непредсказуема — и этим интересна.
В точку сбора, указанную Тогавой, мы прибыли за двадцать часов до оговорённого времени и встретились с разведчиками Триады.
— Мы думали, что вы только завтра подойдёте. — Билл Блэквотер, командир отряда скаутов, грел руки у костра и напряжённо всматривался в лица прибывших монахов.
— В монастыре дел никаких не было, вот мы и решили, что лучше тут подождём. — Я также присел к огню.
— Наши уже вышли, но будут на месте завтра, — недоверие никуда не исчезло из тона разведчика.
— Не переживай, — я ободряюще подмигнул воину. — Без вашей команды мы к озеру не пойдём. А ты не знаешь, есть ли тут поблизости какие-то данжи, где можно было бы развеяться?
- Есть, — наконец-то Блэквотер расслабился и, махнув рукой в сторону горного перевала, сказал: — Там, как подниметесь вверх, внизу справа будет небольшая расщелина, сквозь которую увидите долину. В ней живёт сотня гоблинов 65 уровня и в конце босс — шаман 70 уровень. Легко справитесь.
— Ясно, спасибо. — К сожалению, триадовцы уже зачищали данж и мы не получим плюшек первооткрывателей, но не сидеть же без дела. Я встал и обратился к соорденцам: — Народ, есть желающие прошвырнуться по небольшому данжу?
