Я фыркнула и начала одеваться. К тому времени, когда вышла из примерочной, оказалось слишком поздно. Он купил платье. До выхода из магазина я хранила молчание, с моего запястья свисал бумажный пакет с новым платьем. Но как только мы оказались на улице, я остановилась.
Заметив выражение моего лица, Кейн вздохнул.
— Что?
— Зачем ты сделал это, если я просила не делать?
— Потому что ты хорошо в нем выглядела, и я захотел купить его тебе. — Он снова вздохнул. — Лекси, я никогда прежде ничего не покупал тебе.
— И что?
— На прошлой неделе ты купила мне фильм и книгу только потому, что подумала, что они могут мне понравиться.
Я все еще была сбита с толку.
— И что?
— А то, что за неделю до этого ты купила мне кучу подушек и разного дерьма, которые не нужны мне ни в квартире, ни в офисе.
Я ухмыльнулась. Я сделала это, потому что наконец-то почувствовала уверенность, что смогу привнести немного «гнездования» в его жизнь.
— Это звучит скорее не как подарок, а как раздражающий фактор.
Кейн рассмеялся.
— Правда. Но это все равно подарок. И ты сделала его просто так. Платье? Оно просто так. — Его взгляд неожиданно начал тлеть, и я растаяла под ним. — И потому, что я хочу тебя в нем трахнуть.
Приятная дрожь пробежала по моему телу от этой мысли.
— Так это подарок для нас обоих?
— Да. Тот, который, надеюсь, задаст направление.
Я рассмеялась и хотела уже прильнуть к нему, напрочь забыв, где мы находимся.
— Алекса?
Меня остановил знакомый голос. Пульс участился, когда развернувшись, я увидела дедушку.
Несмотря на телефонные разговоры, мы не виделись несколько недель. Откровения Кейна удержали меня от организации тет-а-тет с дедушкой. Не так давно я им дорожила. Но, узнав правду, боялась встречи, поэтому откладывала ее снова и снова. Я подозревала, что дедушка винит мои отношения с Кейном в установившейся дистанции между нами. Это только усилило его неодобрение. Видя выражение лица дедушки, когда он переводил взгляд с меня на босса, я поняла, что осуждение не уменьшилось. Я всегда думала, что его чувства продиктованы беспокойством за меня, но теперь сомневалась и в этом. Дедушка действительно волновался за меня или просто переживал, что моя близость с Кейном раскроет похороненные секреты?
— Дед…
Я резко прервалась при внезапном появлении бабушки, выходящей из ювелирного магазина рядом с нами. Я пыталась скрыть реакцию, притворяясь, что сердце не выскакивает из груди.
Лицо Адель Голланд еще сохраняло следы красоты, которой она обладала в юности. Ее стиль, идеально уложенные светло-пепельные волосы, и хрустально-голубые глаза были по-прежнему очень привлекательны. Она посмотрела на мужа, потом на меня и растерянно нахмурилась. Кейн отстранился, удерживая ее взгляд, и она побледнела, когда пришло понимание.
Конечно, она знала, кто такой Кейн. Я наблюдала, как она предположила, что он стал причиной неловкости, повисшей в воздухе.
— Эдвард? — вопросительно прошептала она, выглядя встревоженной и напуганной, и гораздо меньше напоминая леди-дракона, которой ее все называли.
— Что ж, нам, пожалуй, пора. — Дедушка прочистил горло и резко кивнул нам. — Мистер Каррауэй, мисс.
Он взял бабушку за руку и провел мимо нас.
Я таращилась на место, где он только что стоял, и изо всех сил игнорировала боль, растекшуюся по моим венам. В голове раздался коварный шепот, который издевался надо мной: «Недостаточно любима отцом, матерью, дедушкой… Кейном».
Я чувствовала себя одинокой. Одинокой, нелюбимой и не доверяющей к кому-либо.
— Алекса?
Взгляд Кейна заволокло яростью. При виде этого я стряхнула боль и подарила ему фальшивую улыбку. Это разозлило его еще больше.
Без единого слова он пошел в противоположную сторону от той, в которой скрылись дедушка с бабушкой. Медленным шагом я направилась следом.
А потом он резко развернулся и пошел ко мне. Черты его лица выражали решимость, он грубо дернул меня к себе и обрушил на меня свой рот. В глубине моего горла зародился удивленный возглас, прежде чем инстинкты взяли верх. Я не могла не ответить на его поцелуй.
Когда он, наконец, отпустил меня, мы оба тяжело дышали. Кейн погладил мою щеку большим пальцем, его глаза все еще переполняли страсть и злость.
— Я могу показать фак тому, кто это увидел.
Я обняла его и, к моему удовольствию, Кейн крепко сжал меня в ответ.
Стоя на Чарльз-стрит в его объятиях, я утопала в эмоциях. Я не только сегодня осознала, что люблю его, но еще и наконец поняла, почему он ненавидит держать в секрете наши отношения.
Кейн понимал, что его откровение о дедушке сделало со мной, видел, как на меня влияет то, что дедушка не может признать меня публично. И, думаю, он чувствовал, что я сомневалась в дедушкиной любви ко мне.
И он не хотел становиться парнем, который ведет себя со мной точно так же. Кейн не стеснялся быть со мной, знать меня, хотеть меня в своей жизни.
Я крепче обняла его.
Может, господи, всего лишь может быть… я не единственная, кто влюблен.
— Вы потрясающе выглядите. Дайте, я сфотографирую вас вдвоем.
