– Да, в моих воспоминаниях хранятся сведения о многих вещах. Но также есть многое, чего я не знаю и хочу узнать. – Она замолчала, придала лицу игривое выражение и уставилась на Джарлакса. – И, возможно, многое такое, чему я могу научить вас.
Наемник окинул ее немигающим взглядом.
– Ты пережил свое путешествие по Подземью без неприятных последствий? – обратилась она к Джарлаксу.
– Да, – кивнул тот, – насколько я понимаю, мое здоровье, в том числе и душевное, не пострадало.
– Чего нельзя сказать о Дзирте, который… пострадал.
Лицо Джарлакса окаменело.
– Мне хотелось бы увидеть его, – сказала Ивоннель.
– Его здесь нет.
Молодая женщина нахмурилась.
Мне хотелось бы увидеть его, – повторила она.
– Это невозможно.
Она хотела что-то ответить, но Джарлакс, казалось, снова обрел уверенность в себе и тряхнул головой, отметая ее возражения.
– Дзирт находится в месте, куда никто не может попасть.
– В плену своего безумия.
– Допустим, но он и в буквальном смысле далеко отсюда. Так и должно быть.
Ивоннель потребовалось довольно долгое время, чтобы справиться с разочарованием, и она удивилась, сообразив, насколько сильно расстроило ее сообщение дяди.
– Вы исцелили его? – спросила она.
– Мы не можем этого сделать, – ответил Киммуриэль, потом добавил: – И ты тоже.
– Расскажите мне! – потребовала Ивоннель. – Расскажите мне все! Я должна знать все, что вы выяснили насчет его болезни, и откуда вам известно, что мне ее не излечить. Почему вы так уверены в этом?
– Мои заклинания оказались бессильны против болезни, насланной Бездной, – сказал Громф, поднимаясь с кресла. – Это все, что я могу сказать по данному вопросу. – Он развернулся к двери. – У меня есть гораздо более важные дела, нежели обсуждение судьбы безмозглого отступника, которого следовало уничтожить уже много лет назад.
– Он не понимает, – сказала Ивоннель, качая головой, когда архимаг вышел.
– Что тебе известно? – спросил Джарлакс.
– Сначала ты, – ответила женщина, занимая место Громфа. – Расскажи мне. Расскажи мне все, что тебе известно о болезни Дзирта, и как вы пытались ему помочь. Вы оба.
Киммуриэль и Джарлакс снова обменялись смущенными взглядами.
– Зачем? – спросил Джарлакс.
– Начинай, – приказала женщина, и выражение лица выдало ее нетерпение.
Руководители организации наемников в очередной раз переглянулись, и Джарлакс пожал плечами.
– Прошу вас, – произнесла Ивоннель. – Расскажите мне.
И они рассказали. Они объяснили Ивоннель, какие попытки предпринимали жрецы, маги и Киммуриэль со своими псионическими навыками, чтобы дать мир одержимому дроу. В конце концов они изложили мнение Киммуриэля насчет того, что исцеление должно прийти изнутри.
– А теперь он ушел, – кивнула Ивоннель, когда они закончили. – Почему?
Соратники снова переглянулись.
– Я не собираюсь выслеживать и убивать его! – крикнула Ивоннель, обращаясь к Джарлаксу. – Если бы я желала Дзирту смерти, он давно уже был бы мертв, и тебе это известно лучше всех.
– Это верно, – признал Джарлакс. Он вздохнул и взглянул на Киммуриэля, который явно не был в восторге от общества женщины, чья тезка и родственница уничтожила его Дом. Киммуриэль красноречиво поморщился, но затем кивнул в знак согласия. И Джарлакс рассказал Ивоннель об их плане, об их слабой надежде на то, что Дзирт может найти внутренний мир под руководством великого магистра Цветов, в обществе ученых и дисциплинированных монахов.
Она внимательно слушала, обдумывая его слова, и перебирала воспоминания Верховной Матери Ивоннель Вечной в поисках подсказки.
Прошло довольно долгое время; наконец она улыбнулась и взглянула Джарлаксу в глаза.
– Вы ошиблись насчет Дзирта, – бесстрастно произнесла Ивоннель.
Повисло неприятное молчание.
– И тебе даже не интересно услышать, в чем именно вы ошиблись? – спросила она.
– Он сидел в твоей темнице, – напомнил ей Джарлакс. – Если мы ошибаемся насчет него, то почему ты позволила ему уйти?
– Я говорю не об этом! – воскликнула Ивоннель. – Вы неправы… – Она посмотрела на Киммуриэля и поправилась: – Точнее, ты, Киммуриэль Облодра, неправ насчет того, как исцелить Дзирта.
И снова Джарлакс наклонился вперед, будучи не в силах скрыть тревогу и озабоченность.
– Ты настоял на том, что исцеление Дзирта должно прийти изнутри, что источником болезни и «лекарства» является он сам, – сказала Ивоннель.
– В этой болезни нет магии, и никто не внушал ему… – начал Киммуриэль.
– Магия Чумы Бездны реальна, и избавиться от ее влияния нелегко, – перебила псионика Ивоннель. – Дзирт болен, и он не в состоянии лишь одним усилием воли стряхнуть болезнь. Монахи не помогут ему, какими бы благочестивыми и учеными они себя ни считали.
– Но ведь Кейн сумел освободиться от ограничений и оков смертной оболочки, – возразил Джарлакс.
– Я не знаю, кто это.
