Прошло около часа, может немного больше. Я увидел силуэт, который указывал своей рукой по направлению в обратную сторону — они закончили все свои переговоры, и теперь можно возвращаться к нашим. Во время пути назад мы не проронили ни слова. Очевидно, каждый был погружен в свои заботы, и у моего проводящего их явно было больше: конечно, сложившаяся ситуация ставит в ноль не только смысл нашей экспедиции, но и как таковую возможность съезда в ближайшее время. Эта локация стояла на примете заранее, определённо находясь в приоритете. И после моего появления, если быть точнее его причины, ими было принято решение воплощать съезд в жизнь. Однако эта толпа сильно подгадила их планам. Тут даже вернее сказать, что навалила. Но им не стоит переживать. У них есть я. А у меня план. Маленькие металлические шарики бесшумно падали на землю.
— О, ну наконец-то вы с главой вернулись! Мы уж за вами идти хотели! Вы вообще следили за часами? Уславливались на вечер, а сейчас время за полночь перевалило!
Мы ничего не стали отвечать на это. Наши лица объясняли всё доходчивее любых слов. Взглянув на нас, каждый до единого принял осунувшийся, задумчивый вид. Внеся в образовавшеюся ситуацию необходимые уточнения, в конце нашего рассказа их физиономии выражали полнейшее непонимание того, как и что предпринимать в сложившихся обстоятельствах. Разве что ходивший со мной зоркий глаз продолжал сохранять отрешённое спокойствие.
— И что же н-нам делать?
— Да к чёрту всё это! Как же так?!
— Но каким образом они смогли разыскать эти места? Мы же до последнего были уверены, что они безлюдны… Что же за напасть такая?
Внутренние клапаны не сдержали всё то внезапно нахлынувшее отчаяние. С причитаниями они начали хвататься за головы и ходить по всей территории лагеря. В воздухе столь плотно повисло амбре страха перед неопределённым, что оно будто ощущалось на вкус: приторная солёность, отдающая потом и стухшим душком. Да, то что нужно — буквально ещё немного времени пребывания в такой засолке, и можно приступать.
Когда вокруг установилась атмосфера паники, мой желудок напомнил о том, что я не брал ничего съестного с утра. Признаюсь, в этом плане пребывание в деревне весьма избаловало меня. Нюх учуял мясной сытный запах, источником которого был котелок, висящий над уже тлеющими углями. Взяв лежащую рядом миску, я подчерпнул вкусно пахнувшее содержимое. Густая смесь заливается в меня, я различаю в ней кусочки мяса и овощей. Что-что, а готовят эти паникёры явно лучше, чем соображают. Это мне и на руку.
Пока мною съедалась третья порция, все взгляды от бесцельного метания друг от друга стянулись к моей фигуре. Эти глаза в разной степени смотрели на меня с надеждой, вымаливая дать разрешение возникшей проблемы. И что же, на их и свою удачу, я таковым располагал.
— Что вы на меня так уставились? Вы всё поставили на один исход, а тот взял и прогорел? Добро пожаловать в реальность, дети малые.
Ответом была тишина. Лишь в одной паре глаз я не увидел сомнения, и их взгляд не сходил с меня.
— Меня приставили к вам в качестве наблюдателя, и как только мы вернёмся обратно, я, выполнив свою часть сделки, преспокойненько отчалю с новым вооружением и отменным настроением.
Пустота безысходности заполонила их разум. Теперь её можно наполнить необходимым содержимым.
— Да ладно, шучу я. Ситуация неприятная, однако не безысходная. Так что ваш настрой тут вовсе не уместен, поэтому давайте без трагизма.
— Н-но что нам делать?
— Не отдавать то, что принадлежит вам. Мой план абсолютно прост — прямо сейчас мы идём к ним.
Образовавшаяся тишина стала вакуумом: она втянула всё их внимание к моим словам.
— Как вы уже успели понять, людей там немного. Через пару часов уже будет постепенно светать, и в этот момент мы можем выдвинуться для лучшей ориентации в пространстве. Если двигаться в темпе, доберёмся часа за 2–3. При любом раскладе большая их часть будет не готова ко внезапной атаке, поэтому наше преимущество — это внезапность. Они расположились в углублении, но нам это даже сыграет на руку: кинув туда дымовую шашку, мы дезориентируем их ещё больше, после чего спустимся по склону и нападём на них.
— А дальше как? Не уж то мы… — то меня спросил самый младший, но я обрезал его тривиальный вопрос банальным ответом.
— Мы убьём их. Либо они, либо вы, вместе с будущим вашего поселения. Решайтесь, пока ещё можно.
Все члены отряда в смятении смотрели друг на друга. Все, кроме одного. Он меня начинает раздражать, прямо как тот старик.
— Чего вы умолкли?
Меня уже порядочно бесило их поведение. Они более напоминали забитую в угол детвору, даже бывалые бойцы переминались с ноги на ногу.
— Голова, ты же сам должен понимать, мы тут как осмотреть че да как, и если не так чего, то нам обратно стоит утекать… Я ж тогда для красного словца сказал про то, что тут вырезать кого надо…
Даже тому, кто с таким бесстрашием хотел набить мне морду при нашей первой встрече, тяжело давалось выдавливать из себя эти слова. Хотя, в отличии от других, он был в состоянии хоть что-то промямлить.
