Герои академии Даркстоун полностью

– Переросла собственные обиды… – повторила Нани, опуская взгляд в пол. – Он хочет сделать из тебя кого-то другого, Кайрит. И это ему уже удается. Ты вошла сюда не как одна из нас. Ты вошла в эти покои – где нас держат под стражей – как носительница доброй воли его высочества.

– Но я и есть носительница его воли, – хмуро ответила я. – Это не в моих силах – снять ваши приговоры. Только он может дать вам свободу.

– Ты не понимаешь, – со странной болью глядя на меня, произнесла Нани. – Он влияет на тебя. Влияет на всех, кто находится рядом с ним. Я это чувствовала – и в кабинете ректора, и в Черной башне, и на суде. Его влиянию сложно противостоять. Он заражает собой все пространство! Его сила воистину велика и уникальна. Но задумайся над тем – почему он один? Почему рядом с ним только телохранитель его отца?.. Даже его невеста не выдержала жизни рядом с ним.

– О чем ты? – напряженно спросила я.

– Ты не знаешь? Она покончила с собой. Год назад. Упала с башни. Конечно, об этом никто не говорит вслух, и ее самоубийство прикрыли какими-то другими словами, но это не отменяет произошедшего. Грегор – разрушитель. Именно поэтому период подготовки к его правлению назван самым кровавым в истории. Ни на одного из императоров и их наследников не было устроено столько покушений. Задумайся – почему?

Я отступила от нее на шаг. Затем еще на шаг. А затем стремительно вышла из покоев.

Постояла в коридоре, глядя вперед.

Потом начала идти. Не важно – куда.

То, что она сказала про Грегора… Рес постоянно пачкает руки кровью ради него, да и он сам… когда телохранителя заперли в башне… он сам не раз убивал… как он говорил – заговорщиков. Но все ли убитые были стопроцентно виновны?

Почему? Почему я перестала чувствовать опасность рядом с ним?.. Он действительно влияет на меня?.. Или он перестал быть опасным лишь для меня – а для остальных он все тот же кровавый наследник?..

– Кайрит?

Я подняла голову и посмотрела на Грегора.

Не задумываясь, куда иду, не замечая дороги, я прошла через весь дворец и дошла до восточного крыла…

– Что с тобой? – Наследник склонил голову, внимательно глядя на меня. – Ты поговорила со своими друзьями?

Кивнула, поджав губы и сжав кулаки.

– Судя по всему, разговор был не из приятных, – заметил Грегор.

– Ты не говорил о том, что твоя невеста покончила с собой, – опустив глаза, негромко сказала я. – Это совсем не естественная причина для смерти.

Некоторое время он молчал, пронизывая меня странным, нечитаемым взглядом.

– Ты не права, – произнес наконец. – Это была естественная причина – для той, которая потеряла рассудок.

– Она…

Выражение его лица меня испугало.

– Да, она сошла с ума. И, если ты не против, я не хочу более обсуждать это, – отрезал наследник, но я вцепилась в его руку, не позволяя уйти.

– Грегор, подожди… Не делай этого. Не оставляй между нами секретов. Я открыта, полностью. Я верю тебе, даже учитывая, что ты не рассказывал мне о моем происхождении и старался всеми правдами и неправдами удержать подальше от дворца. Я верю тебе, потому что я услышала тебя и поняла тебя. И уверена, смогу понять во всем – какой бы сложной ни была ситуация. У нас ведь больше никого нет, Грегор! У тебя и у меня! Я думала, что у меня есть друзья, но… Они уйдут из дворца и из моей жизни, когда все закончится, – решилась произнести это вслух, – а ты останешься.

Я смотрела наследнику в глаза, сжимая его ладонь. Да, я глубоко ошибалась – я думала, что отличаюсь от него. Выходит – совсем не отличаюсь. Если даже те, кого я считала своими друзьями и единомышленниками, всего лишь хотят получить от меня долгожданную свободу… Или настроить меня против Грегора, следуя своим личным интересам.

Нани безразлично, что собой представляет наследник. Она вбила себе в голову, что он – зло, и даже не захотела слушать доводы против. Ей было плевать на мое мнение. А остальные изгои… никто из них не спросил меня: «Как ты, Кайрит?», «Не тяжело ли тебе, учитывая, что твоя мать в тюрьме, а твой бывший возлюбленный – марионетка двоюродного брата?».

Нет, им было намного важнее узнать, почему вместо меня на суде был наследник, чем – где я была и не случилось ли со мной чего?..

Выходит, у меня есть только Грегор. А у Грегора есть только я.

И Рес – для выполнения заданий.

– Расскажи мне, почему она сошла с ума? – попросила, не отрывая глаз от его лица.

Грегор молча отвернулся. Я видела, что ему сложно. Но если он не скажет…

Если он не скажет – то у меня не останется никого.

– Горе сломило ее, – вдруг произнес он. – Она не была готова к тому, что творилось во дворце. Зря я привез ее.

– Не говори так. Это была ее обязанность – быть подле тебя. Невеста наследника должна понимать всю меру своей ответственности, – упрямо сказала я, не желая оправдывать неведомую мне девушку, не справившуюся с давлением власти.

– Такое горе способно сломить даже самого стойкого, – неожиданно вступился за нее Грегор. – Ее ребенка убили.

Стук сердца в полнейшей тишине.

Ребенка?..

Убили?..