– Я не стану этого отрицать. Со временем – возможно. Вы мой брат. Но я не буду врать: я не забуду вашего поступка. Я бы никогда не согласилась стать вашей женой, но стать вам подругой, стать частью вашей семьи я была готова. Вы сами оттолкнули меня своей выходкой с внушением, – четко произнесла я.
И вновь Грегор смолчал, уперев взгляд в стену.
– Готовься к балу, Кайрит, – только и сказал он через несколько секунд, затем повернулся к голубоглазому. – Рес… свободен, – неожиданно отпустил его и вышел из обеденного зала.
– Вы обещали сдержаться, – напомнил телохранитель владыки, как только мы остались вдвоем.
– Знаю. Но это оказалось сложно, – нервно усмехнулась я и опустошила целый кубок воды.
Я ходила по грани.
– Вы рисковали.
– «Ты», Рес. Я прошу, обращайся ко мне на «ты». Между нами слишком много всего произошло для того, чтобы делать вид, будто мы помним про этикет.
– Я про него помню, – заметил голубоглазый.
Я закатила глаза.
– Я рад, что все обошлось, – добавил он.
– Рад, что Грегор не наказал меня за дерзость? Или рад, что я не досталась ему в качестве безмозглой, но очень влюбленной жены?..
– Приятно видеть тебя в своем уме, – только и ответил телохранитель владыки.
Откланялся и тоже вышел.
А я сжала кубок, глядя ему вслед…
Затем медленно выдохнула и опустила голову. Сегодня главное – найти заговорщиков. Об остальном подумаю завтра.
Завтра…
Я рассматривала себя в зеркале, стараясь убрать все эмоции из взгляда.
Он должен оставаться отстраненно вежливым, не более.
Белое платье великолепно: оно подчеркивает мою фигуру настолько, насколько платье вообще способно ее подчеркнуть, учитывая, что я вся закрыта кружевом – с ног до головы. Открыты только лицо и кисти рук – но их я скрою шелковыми полупрозрачными перчатками: две пары на выбор только что принесли молчаливые служанки. Неудивительно, что я начинаю скучать по Дони: та трещала без умолку, безумно раздражая, – но эти безмолвные существа меня пугают…
Прическу мне сделали высокую, каблучки на туфельках еще больше прибавили росту: теперь никакая леди Вайолет не сможет смотреть на меня свысока.
Диадема в волосах светится так, что у меня началась мигрень от собственного отражения; представить трудно, что будет с гостями моего приема.
– Готова? – Грегор вошел в мои покои и остановился рядом.
Зеркало отразило идеальную картину: черный принц и белая принцесса. Хоть маслом пиши.
– Могу я задать вопрос, ваше высочество? – спросила, не отвечая на его вопрос.
– Задавай.
– Почему, имея свой дар, вы до сих пор не подчинили мою мать? – Я смотрела на него через зеркало.
Скольких проблем бы удалось избежать, сделай он ее своей союзницей…
– Потому что для того, чтобы полностью подчинить рассудок, нужно добиться согласия на это подчинение. Так вышло с тобой. Ты готова была довериться мне, – после небольшой паузы ответил Грегор, – потому стала доступной для моего влияния.
– Вы должны были вовремя остановиться, – четко произнесла я, не отводя взгляда.
– Будешь отчитывать меня? – холодно поинтересовался Грегор. – Сейчас?..
– Да, сейчас не лучшее время, – согласилась я. – Что с оппозиционерами?
– Большинство взято под стражу, Рес займется ими завтра. Если благодаря переписке миледи мы вычислили всех недовольных – этот прием пройдет довольно мирно, – отстраненно ответил наследник, разглядывая мой наряд.
Они с Ресом провели огромную работу, пока я прохлаждалась в восточном крыле, напитываясь магией Порядка: вся оппозиция была под тем или иным предлогом обезврежена, знать с сомнительными связями – взята под контроль, за всеми сильными магами империи установлена слежка. По идее, сегодняшний прием должен помочь вычислить тех заговорщиков, что сумели спрятаться в ближайшем окружении правящей семьи и за долгие годы отвести от себя какие-либо подозрения.
Мы готовились к самым неожиданным вариантам.
– Тогда идем к ним? – Я в последний раз бросила взгляд на свое отражение и пошла к дверям.
Изгои ждут меня в обеденном зале. Пора провести последний инструктаж.
– Ты уверена, что не хочешь этого?
– Чего? – спросила я, останавливаясь у выхода.
– Стать моей императрицей, после того как я взойду на престол, – спокойно ответил Грегор.
Я обернулась к нему, посмотрела на точеное лицо, бледную кожу, черные глаза…
– Я уверена, что не хочу видеть вас императором, – произнесла ровным голосом.
– Ты понимаешь, по какому тонкому лезвию сейчас идешь? – уточнил наследник, прищурившись.
– Вы не поняли, ваше высочество, – спокойно покачала я головой. – Я не хочу даже представлять вас на месте вашего отца. Живым мертвецом. Живым оружием без воли. Просто… Силой. В вас слишком много жизни и желания жить. Я не хочу думать, что когда-то все это исчезнет из ваших глаз, а ваши волосы станут белыми. Даже сейчас, имея на вас большую обиду, я желаю вам лучшей доли.
– У меня нет выбора, – только и произнес Грегор.
И как же он ошибается. Выбор есть всегда.
Изгои оказались в полной боевой готовности, когда Грегор открыл передо мной дверь в зал. И когда я говорю о боевой готовности, я именно ее и имею в виду.
