Это привело к тому, что армия Наполеона вошла в Баварию раньше, чем туда подоспела австрийская армия Карла Мака фон Лейбериха. И барон Мак почему-то не стал дожидаться подкрепления нашими армиями Кутузова и Буксгевдена, которые шли ему на помощь разными маршрутами, а сам вступил в сражение с неприятелем, потерпев сначала поражение возле речки Иллеры, а затем попав в окружение под Ульмом и капитулировав. Таким образом, из-за самонадеянности австрийского барона фон Лейбериха, русские войска остались с армией Наполеона один на один. А стратегическая инициатива оказалась в руках Бонапарта.
Австрийцы же, помимо всего прочего, не смогли удовлетворительно наладить снабжение наших войск. Зная обо всех наших неурядицах от своих шпионов, Наполеон собирался окружить и разгромить нашу армию на речке Инн возле Браунау. Но, Кутузов вовремя принял решение отступать от Браунау в сторону Ламбаха и Линца, а затем к Ольмюцу, чтобы соединиться с графом Буксгевденом и австрийцами, оставшимися в строю после разгрома барона Мака. В результате, наша армия проделала трудный марш в четыре с лишним сотни верст.
Наш отход прикрывал арьергард под командованием Багратиона. А между арьергардом и основными силами двигался отряд усиления под командованием генерал-лейтенанта Милорадовича. Пока наша армия, руководимая Кутузовым, отступала, арьергард вел бои прикрытия. Багратион и Милорадович проявили себя с самой лучшей стороны. Они не дали Наполеону возможности для окружения, сдержали кавалерию маршала Мюрата и нанесли французам болезненные удары возле Линца, у речки Энс, возле монастырей Мельк и Святой Флориан, а также при Амштеттене и у Санкт-Пельтена.
Благодаря успешным действиям арьергарда, Кутузов сумел не только вывести свою армию из-под угрозы окружения, но и сохранил ее в полностью боеспособном состоянии. Вот только солдаты очень устали от длительного перехода, да и, замысел Кутузова соединиться с основными силами сразу не воплотился, поскольку наш император Александр приказал срочно оборонять Вену, опираюсь на крепость у Кремса. И там мы одержали победу над французским корпусом Мартье, перебив 5 тысяч французов. Но, наши усилия оказались напрасными, поскольку австрийцы все равно приняли решение сдать Вену неприятелю. И из-за этого нам снова угрожало окружение.
И Кутузов вновь приказал отступать, а наш арьергард под командованием Багратиона снова должен был попытаться сдержать корпус Мюрата. Так и случилось сражение севернее Шенграбена. Арьергард Багратиона попал в окружение, но смог вырваться и присоединиться к основным силам нашей армии Кутузова возле Погорлиц. После чего уже все вместе, двигаясь через Цнайм и Брюнн, дошли наконец-то до Ольмюца, где и соединились со всеми остальными, с нашими и австрийцами. Ну а там, в Ольмюце, уже и состоялся тот смотр войск, который проводил наш император вместе с императором Австрии.
Дорохов выглядел удивленным, проговорив:
— Смотр я, разумеется, помню, как и многие другие события этой войны, в которых если и не участвовал, то слышал о них. Вот только я, пожалуй, не смог бы так гладко изложить последовательность и взаимосвязь военных действий, как это сейчас сделали вы. И потому, князь, я признаю ваш талант стратега. В штабе вы служите по праву. Но, вы так и не рассказали, почему же мы проиграли битву при Аустерлице?
— С этим все очень просто. Солдаты Кутузова сильно устали из-за того, что основное бремя военных действий легло именно на его армию. И он это понимал, предложив государю повременить с генеральным сражением. Ведь можно же было немного подождать, дав солдатам отдых, чтобы за это время армия эрцгерцога Карла Австрийского успела зайти французам в тыл, выйдя из Северной Италии. Да и Пруссия вот-вот собиралась вступить в войну, набрав уже армию в двести тысяч штыков. Но, государь решил иначе, пойдя на поводу у австрийцев и приняв их план сражения. К советам Кутузова не прислушались. А ведь он предупреждал о пагубности атаки без понимания расположения противника. И вот эта самая атака сыграла злую шутку. Когда наши войска устремились атаковать на флангах, французы ударили по центру, захватив Праценские высоты, что и решило исход сражения, поскольку, захватив центр, Наполеон ударил всеми силами сначала по левому флангу Буксгевдена, затем разбил правый фланг Багратиона.
Поднялись на крепостные стены мы с Дороховым вовсе не из праздного любопытства. К полудню в замок должен был прискакать связной курьер-фельдъегерь, который ежедневно доставлял пакеты с указаниями гарнизону Гельфа от командования французской армии. И мы собирались высматривать его в подзорную трубу, которую нашли в вещах покойного полковника Ришара. Время приближалось к полудню, и французский фельдъегерь должен был появиться с минуты на минуту.
