Многие уцелевшие всадники разделили со своими конями горькую участь, так и повиснув среди ветвей, нанизанными на деревянные колья. В своих ярких одеждах эти мертвые гусары издалека напоминали каких-то больших жуков, проткнутых иголками. И лишь некоторым французам повезло, вылетев из седел, приземлиться уже по другую сторону засеки. Кто-то из выживших даже пытался бежать через поле. Но, Дорохов со своими конными разведчиками тут же пустился в погоню, зарубив саблями и этих. Таким образом, битва за бивуак нами была выиграна, а гусарский эскадрон французов оказался разгромлен начисто.
Глядя на поле боя, заваленное трупами людей и лошадей, я ловил себя на том, что, несмотря на недавнюю серьезную контузию и пребывание в коме, чувствую себя снова здоровым и полным сил. Иначе я просто не смог бы участвовать в сражении, тем более победить в поединке вражеского командира. К тому же, я не спал всю ночь перед нашим отправлением из Гельфа, но, несмотря на это, ощущал себя бодрячком. А еще, взглянув на свою небритую физиономию в походное зеркальце покойного Ришара, я обнаружил, что шрам на месте попадания вражеской пули почти рассосался, да и левый глаз уже не косит. Такого просто не могло быть при обычной регенерации тканей организма! Да и голова, странное дело, совсем не болела и не кружилась, словно и не простреливала ее насквозь французская пуля.
Похоже, моя регенерация сильно ускорена. Вот что, оказывается, чудодейственное попадание сквозь время и пространство с людьми делает! Чудеса, да и только! Удача явно на моей стороне! И тут я задумался о том, что раз со мной подобное происходит, то, значит, все это для чего-то нужно космическому разуму, той разумной Вселенной, которая переместила сюда мое сознание? Возможно, я участвую в каком-то грандиозном эксперименте по изменению истории всего человечества? Впрочем, чего это я возгордился? Мне бы в родном Отечестве ход истории повернуть к прогрессу… Еще вопрос, справлюсь ли я хотя бы с этим?
Мою задумчивость прервал Влад, который подошел ко мне и напомнил о долге перед бойцами, проговорив:
— Князь, у нас слишком много раненых. Я один не справлюсь.
— Сейчас помогу, — сказал я.
И мы с баронетом снова погрузились на долгое время в медицинские заботы. Пока доставали пули из тел и зашивали раны, Влад, приняв из своей фляги внутрь изрядную порцию горячительного, развязал язык, рассказав мне, что на медика решил пойти учиться по той причине, что, в отличие от других дворян, род их хоть и имел титул баронетов, но был давно обедневшим. Отец совсем разорился, заложив имение. И, чтобы прокормиться в дальнейшем, Владу надо было приобрести какое-нибудь востребованное умение, позволяющее заработать на хлеб. С детства он, оказывается, имел склонность к лечебному делу, поскольку его домашний учитель был целителем и самым настоящим алхимиком, который и зародил в ребенке соответствующий интерес. К тому же, услуги хороших врачей в Австрии оплачивались очень прилично. Вот Влад и поступил учиться, переехав из своей глубинки в столичную Вену.
Далеко не все у нас с Владом, конечно, получалось. Несмотря на наши отчаянные усилия спасать жизни не всегда удавалось. Мы ничего не могли поделать со слишком серьезными ранами. И потому несколько солдат умерли на нашем импровизированном операционном столе. А это, знаете ли, очень тяжело морально, когда у тебя на руках умирают молодые парни, которые только что храбро сражались с врагами.
И потому я пока даже не делал замечаний Владу, что он не расстается со своей фляжкой. Ему тоже было очень невесело. К тому же, в отличие от меня, часто видевшего перед собой смерть еще на Донбассе, недоучившийся австрийский студент все-таки являлся сугубо гражданским человеком, которому переживать подобные драматические события без эмоций очень непросто. И оттого он глушил себя алкоголем. Но, пока руки у него не затряслись, и действовал он более или менее адекватно, я не отстранял его от операций, поскольку никакого другого помощника у меня не имелось, а один я бы провозился с ранеными до ночи. Мне и без того пришлось привлечь в качестве санитаров бойцов с легкими ранениями, остающихся на ногах после оказания им первой помощи.
Помимо боевых ранений тут имело место и еще одно медицинское бедствие: вши. И против проклятых насекомых мне тоже предстояло вести беспощадную борьбу. Впрочем, с этой проблемой я буду разбираться уже в пункте назначения. Прикажу брить весь личный состав налысо и организую регулярное мытье в бане, а также кипячение нижнего белья и выкуривание насекомых едким дымом из военной формы. Пока же надо было заштопать тех из раненых, кому еще можно помочь, чтобы они не умерли от потери крови и смогли пережить дорогу до замка Здешов-Козел.
